С чего она должна была упасть? Она лишь казалась неустойчивой, а на деле могла выдержать даже падение самолета! Но взрыв смешал порядки финнов, кого-то убил, кого-то контузил. Кочергин находился за камнем метрах в десяти — успел до него добраться за четыре секунды. Он сидел на коленях и держался за голову. Догнала взрывная волна парня. Финны поднялись, устремились в проход. Кочергин с ревом вскочил, стал стрелять. Бежали человек семь — видимо, все, что осталось. Остальные погибли, были ранены, кого-то разбросало по лесу. Явление младшего командира Красной Армии они проворонили — и двоих Кочергин успел повалить.

Кончились патроны в автомате, он хищно оскалился, выхватил нож, бросился на вооруженных до зубов автоматчиков. Картина была дикая, сюрреалистическая. Финны опешили и даже попятились, не понимая, в чем подвох. Да не было никакого подвоха! Кочергин почти добежал, когда они с опозданием открыли огонь. Боец извивался, пытался дотянуться хоть до кого-то! Он упал на колени, потом лицом в снег, и бледный финский солдат всаживал пули уже мертвому в спину — как будто он мог очнуться и снова взяться за свое…

Мечников справился с затвором.

Халтурная немецкая поделка! Пули ложились густо, именно туда, куда нужно. Финны столпились в узком проходе. Двоих Никита прибил сразу, третьему прострелил ногу, и тот упал. Четвертый пустился наутек, но ушел недалеко — красочно взмахнул руками и грянул мордой в снег. Раненый зажимал рукой простреленное бедро, тянулся к выпавшему автомату с мукой на позеленевшем лице. Еще две пули бросили его к скале, избавили от необходимости совершать усилия. И больше никого, все тихо, свои ушли…

Мечников недоверчиво смотрел по сторонам, слушал.

Ветер гудел в кронах зимнего леса. Сыпал мелкий колючий снег. Взгляд приковался к мертвому Кочергину. Никита смотрел долго, впадая в оцепенение… Потом развернулся и побежал в лес по следам своих людей.

Он столкнулся с поредевшей командой, выкатившись из-под пышной ели! Карабаш вскинул автомат, облегченно выдохнул:

— Это вы, товарищ старший лейтенант…

Все были здесь, но бежали в другую сторону! Смертельно-бледные Латкин с Камбаровым, Иванченко, который на бегу перетягивал руку ремнем.

— Вы куда? — возмутился взводный.

— Так это, товарищ старший лейтенант… — смутился Карабаш.

 — Вас спасать с Пашкой… А где?.. — Он осекся и сглотнул, глядя зачем-то Никите за спину.

— Нет больше Пашки, умер как герой… — Никита закачался, оперся о дерево. — Но есть и хорошая новость — всех финнов, что шли за нами, мы, кажется, перебили… Но расслабляться не стоит, быстро уходим…"

"Непонятно, откуда брались силы. Ноги вели себя, как деревянные ходули, невероятная тяжесть тянула к земле. Люди брели, сбившись в кучку, выплевывали рвоту вперемешку с кровью.