— Вот и птицы слетаются, твою мать, — хмыкаю я, не собираясь никому звонить. Пусть Шевелев трижды авторитет, но и из его морщинистой задницы мне приходилось по молодости доставать пули. Штопать его самого и приближенных. Но, во-первых, прошли годы, превратившие криминального бригадира в солидного бизнесмена, а во-вторых, статус обязывает меня держаться подальше от подобных типов. А если и общаться, то только через посредников. — Но неужели Она как-то связана с самим Левой? Спала с ним? Или вот с этим зыркающим по сторонам парнем?» — задумываюсь я лишь на секунду. Слышу оповещение о прибывающем рейсе и, взяв цветы, не спеша бреду к месту выдачи багажа.

Ольга с Робертом выходит одной из первых. Длинные волосы собраны в хвост, бледное лицо, джинсы, майка. Очередная дерганая мамаша, прилетевшая с ребенком из-за моря. Я наблюдаю издалека, стараясь понять, у кого моя прекрасная сноха могла попросить помощи. Замечаю, как к ней направляется Левкин боец, и делаю решительный шаг вперед. Как ни в чем не бывало вручаю цветы и по-родственному целую в щеку.

И тут же сам себе хочу двинуть по лбу или по заднице. Эта женщина до сих пор действует на меня как магнит. Когда мы виделись в последний раз? Вспомнить нетрудно. Примерно через три месяца после их с Кириллом свадьбы. Торжественное мероприятие я пропустил, сославшись на командировки, из которых не вылезал. А сам укатил на Ибицу. Лучше уж оттянуться на пенных вечеринках, чем буровить какую-то чушь про счастье молодых и прыгать в мешках.

— Здравствуй, Оля, — улыбаюсь я самой благодушной из улыбок. И чувствую, как в штанах становится тесно. Хорошо хоть длинный свитер прикрывает восставшее безобразие.

— Здравствуйте, — бормочет она, явно не ожидая увидеть меня так скоро. — А откуда вы узнали о нашем приезде?"

"— В новостях передавали, — криво усмехаюсь я, вытаскивая из холодных пальцев багажные квитанции. — Гена, — поворачиваюсь к собственной охране, — забери чемоданы, пожалуйста…

— А вы кто? — требовательно интересуется маленький мальчик в очках и с мишкой в руках.

Я усаживаюсь на корточки, радостно смотрю на умненькую любопытную мордашку и, улыбаясь, говорю:

— Я — твой дедушка, Роберт.

— Мама, мама, — теребит малыш Ольгу за руку. — Это правда мой дедушка? Правда?!

— Да, милый, — напряженно улыбается моя сноха. — Ты же Косогоров. Вадим… Петрович — твой родственник, — нехотя объясняет она и смолкает на полуслове, будто забыв мое отчество.

— Это хорошо, — солидно кивает малыш. — А ты мне привез подарок, дедушка?

«Твою мать, — рычу я про себя. — Бабе — цветы, а детям — мороженое!» Забыл, эгоист хренов. Или не знал. Я давным-давно не имел дела с детьми и особо не вникаю в их потребности.

— Конечно, Роберт, — вру я, не поморщившись.