В подъезде было холодно и неуютно, синие почтовые ящики скалили свои приоткрытые пасти с круглыми дырочками на месте гнилых зубов, от мусоропровода сладковато тянуло прелыми картофельными очистками. Она стояла, заранее вжав палец в кнопку вызова, и терпеливо ждала, когда же на долю секунды погаснет красный стеклянный глазок. Лифт загудел где-то совсем близко. В щелочку между неплотно сомкнутыми створками Юлька увидела, как опускаются какие-то тросы, провода и пружины. Потом раздался короткий усталый вздох могучего механизма, и дверцы гостеприимно разъехались прямо перед ней.

Из лифта вышла тетя Наташа, соседка из квартиры напротив.

— Здравствуй, Юлечка. Здравствуй, золотко. Все хорошеешь?

— Ну, вам виднее, — улыбнулась Юля.

— Наверное, какие-нибудь изменения в жизни?

— Да вроде никаких…

— Так уж и никаких, — женщина многозначительно покосилась на букет роз. — Я так полагаю, Юрий твой из командировки вернулся?

— Из какой командировки? — опешила Юлька и тут же с досады прикусила губу…

Когда Юрка ушел и перестал мелькать на лестничной площадке, тетка Наталья сразу же заподозрила неладное.

— Не иначе, как вы с мужем разъехались? — поинтересовалась она как-то раз, столкнувшись с Юлей возле мусоропровода.

— Он мне не муж.

— Да какая разница кто!.. Разъехались все же? — в ее голосе сквозило замаскированное под сочувствие любопытство.

— С чего вы взяли? — Юля так энергично пожала плечами, что мусорное ведро стукнуло ее по бедру. — Просто Юра уехал в командировку. Скоро будет в Москве."

"— Ах, ну понятно тогда… — закивала головой тетка Наталья. И с того самого дня она не упускала случая поинтересоваться, когда же «такой милый и приятный сосед» вернется из затяжной командировки.

Юле даже казалось, что соседка прислушивается, стоя за дверью, к звукам, доносящимся из ее квартиры. Потому что стоило только хлопнуть дверью, как тетя Наташа тут же выныривала из своей конурки то с ведром, то с пакетом, то с половичком. И вот теперь она опять спросила про командировку и сделала это так не вовремя, когда мысли были заняты совершенно другим…

— Ах, вы имеете в виду эту его поездку в Петербург? Да, вернулся, вчера еще…

— Ну, поздравляю, — проговорила соседка, загадочно улыбаясь.

По всему было видно, что секундная Юлькина заминка не ускользнула от ее цепкого взора. — Только знаешь, Юлечка, — она неожиданно заговорила с жарким придыханием, — мужчин на свете много. И если ты забудешь своего беглого Юрия и заведешь себе новую симпатию, никто не будет тебя осуждать!

Юля попыталась вежливо улыбнуться, но улыбка вышла кривой и даже зловещей.

— А розы у тебя просто замечательные.