Она назвала имя банка, Андрей кивнул, не дожидаясь дальнейших объяснений, и повернул ключ зажигания.

— Значит, в банке работаешь? Скорее всего, оператором или экономистом, правильно?

— Нет, неправильно. Я еду его грабить.

Прозвучало это по-детски грубо и нелепо, и Юлька ужасно разозлилась на себя, то ли за неудачную попытку сострить, то ли за сам факт этой попытки. Фраза определенно отдавала кокетливо-деревенским: «Поди, Вань, с моей лавочки, не хочу смотреть на тебя, постылого!» «Кто, вообще, такой этот чужой, нагловатый мужчина, чтобы вступать с ним в дискуссию? — с досадой подумала она, чувствуя, как начинают гореть щеки. — Нужно было просто ответить ему коротко и односложно». Она ожидала в ответ какой-нибудь банальной шутки или хотя бы вежливой усмешки, но Андрей только коротко щелкнул языком и на секунду задумался.

— Послушай, — произнес он неторопливо, — тебе, наверное, не нравится, что я вдруг перешел на «ты»? Мне показалось, что так будет проще общаться. Но, если что не так, извини.

Это было неожиданно, и Юля, вдруг устыдившись собственной резкости, пробормотала:

— Да нет, все нормально…

— Но я же вижу, — Андрей на секунду повернулся и посмотрел на нее в упор своими светлыми, неопределенного цвета глазами. — Когда ты слонялась по остановке, ты была такая несчастная. Да, впрочем, и когда садилась в машину… А сейчас какая-то… колючая…

За боковыми стеклами мелькали серые высотные дома. Впереди по дороге неуклюже метался старенький красный «Москвич», время от времени пытающийся обогнать синий «БМВ» и в последний момент снова трусливо возвращающийся на свое место. Андрей больше не смотрел в Юлькину сторону. Пару раз он вполголоса выругался в адрес придурочного водителя и снова замолчал, плотно сжав губы. Пальцы его, спокойно лежавшие на руле, были короткими, словно обрубленными, и совершенно не похожими на Юркины… Да и вообще он не принадлежал к тому типу мужчин, который ей нравился. Слишком крепкий, слишком мускулистый, с мощной короткой шеей, выглядывающей из воротника шерстяной клетчатой рубахи. Юльке почему-то всегда казалось, что такие парни сразу должны рождаться в своих черных кожаных куртках, свободных брюках (ладно, если не в адидасовских штанах!) и с уверенными улыбками повелителей мира на лице… Впрочем, она знала за собой грешок навешивания ярлыков.

«Вот и сейчас пытаюсь примерить на нормального человека, любезно предложившего подбросить меня до работы, какой-то дурацкий образ ограниченного дебила», — подумала Юлька, переполняясь неприязнью к самой себе. Она смущенно прокашлялась и негромко произнесла:

— А вообще-то я правда работаю в «Сатурне»… экономистом…

— Я сразу так и понял, — отозвался Андрей. В голосе его не было и тени обиды.