— Накажу? Ты шутишь!

Мы уже подошли к комнате, и, наклонившись к замочной скважине, вставляю тяжелый ключ. Тот факт, что я относительно свободна, пусть даже в периметре замка, что у меня теперь имеется ключ от комнаты, наполняет грудь приятной теплотой. А вот фраза «вы меня накажете» будто скребет по этому внутреннему теплу морозными когтями.

Как она не понимает?

Я здесь бесправная пташка, а не палач.

Когда мы заходим в комнату, я не пускаю внутрь псов. Обойдутся!

Если им так приспичило за мной ходить, то пусть сидят за дверью!

Начинаю стаскивать с себя розовый шелк. При этом не могу избавиться от мысли, как приятно, что в огромном незнакомом замке у меня есть свой уголочек.

Маленькая служанка суетится вокруг меня, то поддерживая края одежды, то помогая стянуть ее очередной слой.

Прическа, с таким трудом созданная сегодняшним утром, рушится. Алмазные шпильки выпадают одна за другой. А вот золотая застежка на талии наоборот заедает, не давая снять платье. Распаленная неудачей, бросаю:

— Вот ты говоришь, что я тебя накажу. За что, интересно? Ты хочешь меня убить?

Служанка испуганно выпучивает серые глаза, отступает на шаг и всплескивает руками:

— Да что вы такое говорите, госпожа?! Как можно?!

— Может, хочешь меня отравить или покалечить?

— Да вы что?!

— Ну, вот и славно. Тогда рассказывай!

К этому моменту мне удалось облачиться в голубое платье, и я, успокоившись, устраиваюсь на кровати. Сижу, облокотившись спиной на пышные подушки.

При свете дня под розовым балдахином уютно. Будто комнатка внутри помещения. В открытое окно долетает щебет птиц. Сквозняки здесь просто лютые, но в такой теплый денек, как сегодня, это даже приятно. Мягкий ветерок приятно обдувает кожу.

С улыбкой хлопаю ладошкой по кровати — приглашаю служанку сесть рядом. Ирия садится на самый краешек. Осторожно, будто кровать стеклянная. Водит пальчиком по складкам своей коричневой юбки. Наконец, выдает:

— Генерал приказал не подходить к вам за завтраком. Сказал, что вас сегодня будет обслуживать другая служанка.

Киваю и жду продолжения.

— Я расстроилась. Сначала подумала, что плохо исполняла свои обязанности, поэтому наказана. А потом, когда увидела, что эта другая — любовни... — она вдруг бросает на меня испуганный взгляд. — Я совсем растерялась. Не знала, что и думать.

— А теперь ты знаешь, что думать?

Девчушка пожимает плечами.

— Когда Мирша сказала, что вы меня ищете, я поняла, что по-прежнему вам нужна.

— Значит, теперь все в порядке?

— Не совсем, миледи. Есть еще кое-что, что меня беспокоит… Точнее, кое-кто.

Ирия отводит глаза и напряженно замирает.

Потворяю с понимающей улыбкой:

— Значит, кое-кто?

— Просто… Мне нравится мужчина… Но он из драконов…

— Тебе нравится мой муж? — уточняю деловито, а у самой вдруг сбивается дыхание.