Вы были достойны другого приема. Надеюсь, вы не держите на меня зла.

— Мне жаль, что ты здесь, — отвечаю осторожно этой обиженной девушке с ножом в руках.

— Что вы! — говорит она каким-то деревянным тоном. — Весь день резать лук - это гораздо лучше, чем быть выкинутой из замка с отрезанным языком. Генерал объяснил, что пощадил меня по вашей протекции. Я должна быть вам безмерно благодарна!

В ее голосе звучит что угодно, но не благодарность.

Именно в тот момент во мне исчезает всякое участие к ее судьбе.

Ее никто не звал ко мне в комнату и не заставлял меня травить.

То был ее выбор, и теперь ей с этим жить.

Холодно произношу:

— Ну что же… Я рада, что не случилось худшего.

Между нами очень странная, напряженная атмосфера. Люди вокруг суетятся, часто выкрикивают что-то, никто не обратил бы в этой суете на меня внимания, задумай Шаида злое дело. В который раз радуюсь присутствию волкодавов.

— Да, — отвечает девушка с блуждающими глазами. — Худшего не случилось. Пока не случилось.

Затем разворачивается и быстрым шагом идет обратно к столу.

Стоп. Она мне угрожает?

Здравствуйте, приехали!

Присутствие обиженной Шаиды в замке — будто удавка вокруг моей шеи. Подумать только — за эту опасную змеюку я однажды заступилась! Как будто у меня было мало проблем! Еще бы ручную гадюку себе завела!

А по сути ведь я и завела гадюку, вот только не ручную. И что мне теперь делать?

Генерал предупреждал, что мои ошибки приведут к последствиям, которые мне не понравится. Похоже, Шаида стала такой моей ошибкой — ведь мне абсолютно не нравится то, что происходит сейчас.

— Леди де Эвервин! Наконец-то! — справа от меня раздается звонкий вскрик, заставляя вздрогнуть от неожиданности.

Ирия хватает меня за руку.

На моем лице расплывается улыбка. От нее словно веет свежим, теплым ветерком. Вот она, долгожданная порция нормального, здорового общения!

— Что вы здесь делаете, миледи? Вы запачкаете свое нарядное платье! Ох, что же вы сразу не взяли свой ключик! Вот, держите!"

"Она вкладывает в мою ладонь холодный кусочек металла и зажимает пальцы в кулак, добавляя:

— Вам бы переодеться! Этот наряд… — она делает жалобное личико, пока обводит рукой контур моего платья. — Жалко будет, если испортится.

Кивнув, иду по ступенькам к дверям своей комнаты. Ирия следует рядышком, а по бокам нас конвоируют черные псы. Первый порыв радости у нее прошел. Теперь она держится сдержанно. Даже немного отстраненно.

Да что не так-то?

Пока мы взбираемся по серым лестничным ступеням, спрашиваю напрямик:

— Почему ты не смотрела на меня за завтраком? Обиделась?

Девушка молчит пару пролетов, потом вздыхает.

— Позвольте не отвечать. Вы меня накажете, если я отвечу честно.