Количество эликсиров — восемьсот, — дал я отчет.

— Где они? — поднялся Трутень и подошел ко мне.

— Уничтожил. Сцепились с охраной Троцкого, и, чтобы не оставить им зелья, мы с ребятами расфигачили ящики, — сказал я спокойным голосом и без зазрения совести.

— Боря… Боря… — сплюнул подполковник на пол.

Ну что такое? Вы не у себя дома, че срете-то? Совсем уже обалдели! Я промолчал, только бризгливо дернул уголком рта.

— Ты отправляешься с нами. Подробный отчет, рапорт. И, чтобы я получил достоверную информацию, каждый будет его писать отдельно, — вытряхнул пепел на пол из трубки подполковник.

Блин! А вот это проблема, чую, по головке за такое уж точно не погладят. Мы спускались. Решил, что если сейчас поедем в грузовике, то я выдам правильную версию для всех, и тогда рапорты сойдутся."

"Твердохлебов приказал залезать в грузовик. Я уже направился с остальными, как мне положили руку на плечо.

— А вас, Солнцев, я попрошу проехать с нами, — сказал Трутень.

— С удовольствием! — улыбнулся я. А в душе: «Сука!»

* * *Долгорукова и Царева в медчасти

Цветкова закончила лечение обеих.

Конструкция, напитанная магией, почти все сделала, несколько капельниц и зелий, и вот девчули здоровы.

Девушкам пришлось переодеваться друг при друге, их одежда пострадала, а в больничных халатах никто выходить не хотел. Лейтенант помогла — выдала им свою одежду и потребовала вернуть, а перед этим постирать.

Если на Долгоруковой форма смотрелась более-менее, то на Царевой просто висела. Софья не сдержалась и сказала:

— Лейтенант, а у вас есть вата? Дайте девушке, пусть положит себе в область груди.

Шутка пришлась по нраву Цветковой, и она улыбнулась.

Вот только Елизавета вся покраснела.

— А этой дайте бритву, чтобы свои заросли сбрила! — ответила Царева.

Девушки повернулись и уставились друг на друга.

— Брейк! Собачтесь на улице, — остановила новую волну выяснения отношений лейтенант.

Девушки вышли. Если Софью встретили военные, которые сопроводили ее до генерала, то Елизавету взяли под охрану и отвели в пустую казарму.

Царева села на раскладушку Бориса и задумалась. Она вернула ему долг жизни, теперь может двигаться дальше. Проблема в том, что Солнцев опять умудрился ее спасти.

— И что теперь? — вздохнула девушка.

Она немного покраснела, вспомнив, что им рассказала Цветкова, как Борис принес каждую на руках и потом помогал лейтенанту напитывать лечебную конструкцию.

Внутри живота Елизаветы было тепло и как-то тянуло. До этого таких ощущений она не испытывала. Еще девушка сделала свой выбор. Ударила по руке отца, которую он протянул ей. И это значит, что теперь на нее объявят охоту. Стоит выйти их части — сразу убьют.