Вернее, не я, а Дашка.

- Да что ж ты меня истязаешь?! - почти закричала Настя. - Говори, что случилось.

Чистяков проснулся от ее громкого голоса и сел в постели, потряхивая головой, чтобы прийти в себя.

- Настя, ты дочку Владика Стасова давно видела?

- Ничего себе вопрос, - Настя озадаченно почесала переносицу. - Где-то в начале марта. Она у меня учебник по теории брала. А что? В чем дело-то?

- У нее сейчас какая прическа? Я видел ее перед Новым годом, у нее волосы были длинные. Она не постриглась?

- Нет. Если только совсем недавно. Ты можешь мне членораздельно объяснить…

- Погоди, Настюша. Ты не знаешь, у нее есть розовая куртка?

- Есть. Она в ней как раз и была. Я не понимаю, ты что, нашу Лильку в Баден-Бадене увидел? Она завела себе богатого любовника и махнула на курорт провести праздники?

- Не в этом дело… в общем, слушай, тут такая история получилась…

История получилась следующая. Саша вместе с женой и восьмилетним сыном пришел в кафе-кондитерскую, где должна была состояться встреча с Верой Лозинцевой. Вера пришла, вела она себя очень дружелюбно, обаятельная и приветливая Даша моментально расположила женщину к себе, и разговор шел легко. Маленький Санечка, который ни секунды не мог усидеть на месте, все время ерзал, носился по залу, рассматривал выставленные в витрине торты и пирожные и на бойком немецком (долгие месяцы жизни в Австрии пошли ему на пользу) общался с девушкой, стоявшей за стойкой с разноцветным мороженым. Даше приходилось то и дело отвлекаться, потому что непоседливый мальчик любил не только бегать и прыгать, но и кушать сладкое, посему требовал то ананасовое мороженое с шоколадным сиропом, то шоколадное с клубничным сиропом, то молочный коктейль. В конце концов, Даша рассердилась и строго велела сыну сесть за стол, тихонько есть очередное мороженое и не мешать взрослым разговаривать. Саша надулся, и минуты две его не было видно и слышно. Но потом бьющая через край энергия пересилила попытки быть послушным, он снова начал ерзать и затеял за столом какую-то игру с самим собой и с пустыми вазочками из-под мороженого и бокалами из-под пива, которые официантка не успела убрать. Результат застольных военных маневров был плачевным. Все, что в тот момент стояло на столе - кофе, который пила Даша, пиво, которое пили Александр и Вера, и Санечкино фисташковое мороженое с шоколадным сиропом, - все это оказалось на ослепительно белом Дашином костюме, который после такой атаки стал уже не белым, а разноцветным, мокрым и отвратительно пахнущим. Даша, конечно, расстроилась чуть не до слез, мало того, что костюм жалко, так ведь в нем еще до гостиницы надо дойти, не говоря уж о том, что костюм-то мокрый насквозь, с него прямо течет, а на улице все-таки не лето, прохладно.