— Спасибо за такое напутствие, — пробурчал я себе под нос.

Пять не пять, но пока это совпадало с моими намерениями. А там посмотрим.

Глава 3

— Я обижен на начальство, — Род, обычно зубоскал и балагур, впрочем, нож которого был так же остер, как и его язык, утер пот со лба. — Не могли дать фургон! Топать пешком до этого проклятого крааля, мать его орков за ногу!

— Не про твою честь, — фыркнул фендрик ван Бенидан, один из тех, кто пошел в Легион добровольно и под своей фамилией. — Ваше сержанство и ножками потопает, не треснет.

Да уж, действительно три лиги пешком в один конец под палящим черноистокским солнцем по саванне — то еще удовольствие. Я насвистывал «День-ночь-день-ночь мы идем по Африке», ну да, пыль от шагающих сапог, никуда от нее не денешься. Мелкая, бурая, лезущая во все дыры. Хорошо, наверное — и то относительно — было Другу, висевшему у меня в постромках за спиной. Нечего собакину жечь лапы о горячую землю, кое-где покрытую высохшей колючей травой. Он нам нужен отдохнувший и здоровый, готовый к действию в случае чего. Потому как этот мохнатый легионер стоил двоих или троих, а учитывая, что он еще Спутник и мой фамильяр, то и поболе.

Ну а Род и есть Род, языком почесать горазд. Впрочем, лучшего мастера ножевого боя — кроме меня, конечно — здесь найти было трудно. Он словно родился с навахой в зубах, причем, наверное, ей самой и пуповину себе перерезал. Один раз он попытался попробовать ее на мне — в учебных целях, но очень быстро убедился, что это бессмысленно, и с тех пор иногда пытался меня развести на предмет тренинга по ножевому бою. Но мне было недосуг, да и потом, зачем мне его учить, если у него своя школа? Я не склонен выдавать секреты, которые могут спасти мне жизнь, если вдруг придется действительно схлестнуться с ним на ножах. Сейчас он прикрывает мне спину, а я ему, но идеализировать подобные отношения я не склонен. Тем более, что однажды он может пойти против меня, когда-нибудь и может не в Легионе. Учитывая то, что прошлое у него явно было насквозь криминальное, я не удивлюсь. Вот такая я недоверчивая сволочь с профессиональной деформацией.

— Да ладно вам, всего-то какие-то три лиги, — заметил Сид, молодой парень чуть постарше меня.

Сид — наш лучший мечник, это уж точно. У него я мог выиграть, только уйдя в режим Паладина — в обычном режиме без шансов. Такой великолепной классической школы я давно не видел, разве что у Осия. Понятно, что такое бывает только если с мечом упражняться с самого детства, долго и упорно. А это значит… Обычно это не особо то что-то и значит, но в случае с Сидом я был уверен, что имею дело с отпрыском одного из старых аристократических родов. Это проскакивало во всем его облике и повадках. Да и держался он отдельно от других, ни с кем не сближаясь.