И это мы тоже непременно выясним.

***

— Значит, уверена, что Лин — твой истинный? — качает головой отец, с таким видом, будто еще не решил: стоит ли ему смеяться и радоваться за дочь, которая удивляет все сильнее с каждым разговором, или же пора хвататься за голову и параллельно за ружье. — Ты сразу почувствовала? Не ошиблась?

— Мы обе. Я и Золотинка, — представляю свою вторую сущность, впервые называя ее вслух. — Она даже сильнее.

— Золотинка, — Джейкоб повторяет имя медленно, с улыбкой, будто пробует его на слух, — красиво звучит. Ну, раз твоя красотка признала Фурова, то сомнений быть не может. Наш зверь не ошибается в выборе пары."

"— Красотка? Ты ее видишь? — озвучиваю вопрос волчицы, который та выпаливает, услышав похвалу.

— Нет, Ани, пока не вижу, но твоя сущность не может быть иной. Ты у меня нереальная красавица, значит, и твоя Золотинка такая же. Самая восхитительная и прекрасная волчица. Не сомневаюсь ни секунды.

— Спасибо, — благодарю с улыбкой от нас обеих.

За разговорами мы незаметно в четыре руки успеваем приготовить ужин и накрываем на стол.

— А что сам Лин тебе сказал? — интересуется отец. — Поверил? Почувствовал пару?

— Мы не успели поговорить, — отрицательно качаю головой, и перевожу взгляд в окно, за которым уже выглянула луна.

Так быстро день пролетел, я и не заметила. Хотя по его насыщенности кажется, что прошло не меньше недели, как я проснулась в незнакомом месте.

Вот так, ожидала новый плен, а обрела дом и родного отца. Что это, если не чудо?

— Знаешь, — усмехаюсь с какой-то легкой ностальгией, возвращаясь мыслями к истинному и его посланию, — он будто чувствовал, что я исчезну. Записку мне оставил на подушке, хотя я вход в комнату забаррикадировала креслом. Просил не пропадать. А я вот… слово не сдержала.

— Ничего, родная, все наладится, и он поймет, — Джейкоб протягивает через стол руку и накрывает мою ладошку, даря ей тепло, а мне уверенность и новые силы.

— Я очень рада, что ты меня нашел, — признаюсь в порыве откровения. — И Золя тоже счастлива.

Папа вновь кривовато улыбается и кивает.

Отвык он от разговоров по душам, отвык, убеждаюсь в своих выводах и следом даю себе обещание, что мы с Соланой непременно это исправим. Растормошим его и вновь научим чувствовать не только боль, одиночество и разочарование, но и любовь, радость, смех.

Всё у нас еще будет. Я не сомневаюсь.

Поужинав, первая предлагаю сделать перерыв и отдохнуть. Вымоталась. И эмоционально, и физически. Наверное, последствия похищения до конца не прошли, как я не надеялась. Но ничего, тишина и покой приведут меня до завтра в порядок.

Отец не возражает и провожает до самой комнаты. Попутно проводит небольшую экскурсию, о которой мы оба за разговорами позабыли, и показывает, что и где находится.