Господин Дальд научил меня очень многому, но такому научить никак не мог. Мне приходилось действовать чисто на интуиции и как можно быстрее. Через магическую связь между нами я отдавала Алмиру мою силу, как тогда, в ту ночь, когда я пыталась излечить его. Меня даже замутило от навалившейся слабости, но я держалась, передавая магию. Пусть временно, но это поможет. Должно помочь!

Алмир замер в полушаге от меня. Но внимательно наблюдающий Эрион вмиг сообразил, что что-то не так.

– Как же, размечталась, – злобно оскалился он. – Твой ненаглядный целиком и полностью в моей власти! А ты как была, так и осталась беспомощной и никому не нужной. Не так уж много чести быть последней представительницей рода, не правда ли, Вилена? Видишь ли, какая интересная у моей магии особенность, у основателя твоего рода она была в полной мощи, а у тебя теперь лишь жалкие крохи. Магия прекрасно чувствует, что ты последняя, это вырождение, потому и… – Он враз осекся, внимательно на меня глядя, и изменился в лице: – Так не последняя, значит… Ну ничего, мы это сейчас исправим!

Эрион взмахнул руками, будто пытаясь зачерпнуть воздух. И тут же сформировался яростно клубящийся шар тумана такого густого багрового цвета, словно бы он истекал кровью. И этот ужас неумолимой волной хлынул вперед. Передача магии меня слишком ослабила, даже перед глазами все плыло. Вбежавший в зал Тиар попытался уничтожить волну тумана, но Эрион кинулся на принца и они намертво сцепились.

Кровавый туман несся на меня, а я настолько обессилела, что не смогла бы даже отползти в сторону, и уж тем более не могла защититься магией. Почти всю передала Алмиру, но даже это не помогло…

Ярчайшая вспышка света разорвала туман в клочья за миг до столкновения. Время словно бы замедлило свой ход в моем восприятии. И я просто не могла отвести глаза и смотрела, как неспешно-неспешно трещины покрывали камень в перстне Алмира, медленно-медленно осколок источника крошился и осыпался песком на пол. Вот и все, последний всплеск его силы… Просто пустой перстень… Без наследия рода, которым Алмир так дорожил. Сейчас он наверняка знал, что этот выброс магии уничтожит осколок, и все равно пошел на это.

Лишь когда упала последняя песчинка, ко мне вернулось обычное восприятие действительности. Алмир опустился на колени рядом со мной, тяжело дыша. Я не могла ничего сказать, он тоже ничего не говорил. Просто смотрела в его глаза, ставшие прежними, пусть и затмеваемые на мгновения темной пеленой. Но он все равно с ней боролся. Этот миг диалога взглядов длился, казалось, вечность. И вдруг Алмир сгреб меня в охапку, прижал к себе крепко-крепко. А я отчаянно вцепилась в него и уже не могла сдержать слез. Все-таки получилось! Моя магия помогла! Но ведь… Но ведь это опять лишь временно.