Почему я повел себя как трус? А если Ноа действительно сказала правду и встречалась с Анабель только ради того, чтобы мне позволили видеться с Мэдди? Черт, какой же я урод! Просто настоящий ублюдок!

Я тревожился все сильнее и протиснулся между людьми, которые столпились у сцены, салютуя бокалами с шампанским в коллективном тосте. Музыканты снова заиграли что-то подходящее случаю, и приглашенные вернулись к светским разговорам. Именно тогда в поле моего зрения появилась рыжеволосая девушка – Брайар. Я решительно направился к ней.

– Я ищу Ноа. Не видела ее?

Брайар рассмеялась и с ненавистью посмотрела на меня.

– Теперь ты разыскиваешь ее? Ты стал еще хуже! – воскликнула она, покачав головой. – А ведь я сначала поверила тебе, Ник. Думала, ты изменился… В глубине души даже порадовалась за тебя. Пусть ты и придурок, но я предположила, что ты наконец понял, что такое любовь.

– О чем ты говоришь? – спросил я, шагнув к ней.

Ее зеленые глаза сузились. Брайар явно предупреждала, что подходить к ней – не очень хорошая идея.

– Знаешь что? Твой отец прав. Когда мы общались с ним в последний раз, он мне все рассказал. Твердил, что ты не способен никого любить, а ненависть, которая бурлит внутри себя, настолько велика, что в твоем сердце вообще нет места даже для простой симпатии к наивной беременной девятнадцатилетней девчонке.

Я сжал челюсти.

– Теперь я понимаю, что он не ошибся: Ноа полюбила тебя… по-настоящему, Николас, но ты не смог ответить ей взаимностью. Ты не смог любить меня и не сумел простить родителей. Ты не способен на такое… и прекрасно знаешь, что она лучше тебя во всех отношениях.

– Где Ноа?

Не верилось, что я говорю с Брайар Палвин о прошлом. Нам пришлось столько пережить! Наверное, каждый день она сожалела о том, что мой отец заставил ее сделать.

Брайар была одной из моих многочисленных интрижек, я никогда не притворялся, что у нас что-то серьезное. Я думал, что и для нее я тоже мимолетное увлечение. Она не была святой и успела переспать с половиной курса университета. Но потом я понял, что она влюблена в меня. Когда она узнала, что беременна, выложила все моему отцу. Не придумав ничего лучше, Уилл заставил ее сделать аборт, чтобы избежать скандала. У Палвин было трудное детство: она выросла в такой же токсичной среде, как и я, с родителями, которые не заботились о ней и не давали того, что необходимо дочери.

Наш неудачный роман в итоге вызвал у Брайар нервный срыв, и она легла в клинику, где она уже была однажды.