Я вообще тут не при чем, блин!

Сама жертва!

На улице Лис, опять же, не обращая внимания на мои протесты, уже оформившиеся в слова, запихивает на переднее сиденье своего красного спорткара, блокирует двери, чтоб не выпрыгнула, а сам, переговорив буквально двумя словами со стоящими у дверей заведения мужчинами в штатском, садится за руль и выезжает на дорогу.

— Игнат, так не пойдет, — решительно протестую я, — остановись и выпусти меня. Немедленно.

— И голос появился у тебя, малышка, — беззаботно скалится он, поглядывая на меня неожиданно без смеха, очень даже серьезно, — надо же. Выросла.

— Выросла, — киваю я, — давно уже. И не малышка, прекрати, я сказала, так называть! Мне надо домой. Тормози и выпускай.

— Поговорим сначала, проясним моменты… Да?

— Мы уже все прояснили и поговорили, — настаиваю я на своем, — больше не о чем."

"— Есть, о чем, — не соглашается он со мной, — но явно не за рулем, да? А то мало ли, нервничать начну, повышенная опасность на дороге, то да сё…

Он рассуждает так и выглядит настолько непрошибаемым, что мне хочется его ударить.

Даже больше: избить хочется! И, возможно, ногами! Ну вот что за человек такой?

Воспользовался служебным положением!

И как там Камень?

Ловлю себя на беспокойстве за судьбу Лешки, тут же злюсь еще больше. Только теперь уже на себя.

Потому что дура, да.

И ничего за эти пять лет не изменилось.

Вроде бы, думала, что в панцире, а он бумажный оказался! Рвется, стоит подпалить!

А они палят. Вдвоем.

— Куда ты меня везешь? — решаю, что пока он за рулем, в бешено мчащейся машине, реально нет смысла разговаривать и выяснять отношения.

— К себе, — коротко отвечает Лис.

— Нет! — у меня буквально пальцы немеют и на руках, и на ногах от этих слов.

— Да, — спокойно отметает Лис мои возражения, — я тут подумал… Нехрен вообще прогибаться. Знаешь… — он косит на меня взглядом, и я поражаюсь тому, насколько холодный он у него, жесткий, — я, когда тебя увидел там, у больницы… Да еще и этого урода каменного рядом… Я как-то растерялся, что ли… Словно дежавю накрыло, веришь? Вспомнил, как относился к тебе, как хотел, как берег… И потом, когда гнали, вообще не думал ни о чем! Только о том, чтоб догнать первым, забрать! Дебил, а…

Лис усмехается, чуть сбрасывает скорость, тянется к пачке сигарет, лежащей на панели, прикуривает, выдыхает дым.

Я за этим всем наблюдаю с неожиданной для самой себя жадностью.

И слушаю его признание… И оно у меня внутри мягким маслом все обволакивает.

Он и его друг… Они — обманщики. Лжецы, манипуляторы искусные, когда-то вдоволь потоптавшиеся на моей доверчивости и глупости.

И я это давно поняла, проработала даже, не зря же целых полгода училась на психологическом.

Но вот сейчас мне почему-то невероятно сладко от его слов и его признаний.