Но только с Кеем тебе так не светит обниматься…

Мне все равно…

Мы валялись на мягком большущем диване, уже просто касаясь друг друга плечами, и между нами не было никакого напряжения — только тишина, которая по одному нажатию на пульт сменилась тихой красивой мелодией, исполненной чьими-то умелыми и талантливыми руками на фортепиано. Антон с закрытыми глазами слушал умиротворяющую музыку, а я с открытыми улыбалась.

Интересно, это, типа, счастье? И надолго ли оно?

Я потерлась носом об его плечо, погладила по руке. Во мне росло чувство необыкновенной нежности к Антону.

— Ты, что ты делаешь со мной, м? — едва слышно прошептал парень вдруг, нарушая идиллию и резко садясь. Он обернулся на меня и с минуту изучал. Я таким же взглядом смотрела на него, понимая все отчетливее, что хочу быть с ним. И хочу быть с ним, наверное, всегда.

— Катя? Иди ко мне?

— Неа. — Не хотелось мне вставать.

Тогда он потянул меня за руку, и я оказалась перед ним лицом к лицу. Кажется, Антон готов был с силой прижать меня к себе и вновь опустить на диван, оказавшись уже не рядом, а надо мной, и приступить к куда более активным действиям, но…

— Девочка моя, ну же, иди сюда.

…но этому блаженству пришел конец, как и приходит он всему хорошему, что есть в нашей жизни. И, естественно, в этом была виновата женщина, не вовремя решившая посетить квартиру Тропининых. Почему это произошло именно в тот день, когда я впервые пришла в гости к Антону, и в ту минуту, когда мне хотелось быть с ним, я не знаю.

— Кто-то пришел? — услышала я вдруг какой-то металлический звук, оказавшийся звонком. — Это… твой папа?

Наверное, это был вовсе не отец моего одногруппника, потому что если бы это был его отец, Антон не вел бы себя так странно. Парень резко распахнул свои серые глаза, дотянулся до пульта и первым делом выключил музыку и все освещение, кроме верхнего. Кажется, он никого не ждал и стал нервным только от мысли, что сейчас кто-то придет в его квартиру.

— Не думаю. Подожди, — он вскочил с дивана и быстрым шагом подошел к видеофону.

Я с любопытством обернулась и поглядела на черно-белый экранчик, в котором явственно проглядывал силуэт какой-то высокой статной женщины с пышными светлыми волосами.

— Это кто? — удивилась я.

— Вот черт, — проговорил устало Антон.

— Что случилось?

Вместо ответа это чудо-юдо схватило меня за руку и поволокло в соседнюю темную комнату, которая оказалась бело-зеленой стильной спальней с минимумом мебели. Кроме большой низкой кровати, прикроватной круглой тумбочки, вмонтированного во всю длину стены шкафа и странного вида зеленого мягкого кресла, здесь почти ничего не было. Огромное, во всю стену, окно, было закрыто горизонтальными темно-сапфировыми жалюзи.

— Ты что? — безмерно удивилась я, осматриваясь.