Я не говорю, что другое мнение неправильное, просто не могу понять его. А кто-то не может понять меня.

— Знаешь, — подперев кулаком щеку, отвечал Антон, — многие могут встречаться. Я, наверное, тоже. Да — я тоже. Парни редко обращают внимание на взаимную любовь. Это делаете только вы, девочки. У нас главное — наличие подружки. Если она милая — неплохо. Хорошенькая — отлично. Красавица — еще лучше. Будет чем выставиться перед друзьями. Романтики могут мечтать о той, кого любят, и даже писать стихи и песни по этому печальному поводу. Но при этом могут встречаться и быть с другими девушками. Влегкую.

Антон произнес все это несколько злым тоном, явно утрируя ситуацию, и от этих его довольно жестоких слов мне на мгновение стало холодно, как будто бы я вместо Жени, героини «Цветика-семицветика» переместилась на Северный полюс…"

"— А разве ты не будешь чувствовать себя немножко несчастным с тем, кто тебе не нравится? — Тихо спросила я.

— Все равно встречаться будут с теми, кто нравится. Хоть в какой-то степени. А понятия «любить» и «нравиться» совершенно разные. Кому-то могут нравиться десятки девушек, а любить этот кто-то будет одну, — начал он рассуждать с крайне задумчивым видом более мягким тоном. — К тому же не забывай про вполне естественные сексуальные желания. Катя, если бы все встречались с теми, кого любят, может быть, и жить было бы неинтересно, — сделал он неожиданный вывод.

— По-моему, все были бы счастливы, — возразила я тут же и едва не пролила на себя кофе.

— Ты в порядке? — тут же подал мне салфетку парень.

— Да. Вот же я какая неуклюжая, — вымученно улыбнулась я.

— Нет, я же говорю: ты милая, — он сглотнул, глядя на меня. — Мне нравится в тебе все. Что ты еще хочешь, Катя? Я все закажу, что ты попросишь.

Прям все? Закажи мне киллера, пожалуйста?

Мы еще добрых полчаса сидели в «Лапландии», и я даже думать забыла об Арине. Но когда мы вышли из кафе-мороженого, обсуждая одну старую советскую комедию, которая мне безумно нравилась, я вновь увидела длинноволосого музыканта, сидевшего около фонтана, закинув ногу на ногу.

В этот раз он издалека увидел меня и приветливо помахал, а потом жестом попросил подойти. Точно, это Арин.

— Кто это? — тут же спросил Антон, слегка нахмурившись.

— Знакомый, — не стала я рассказывать ему, кто это такой. Интересно, а этот чудик будет ревновать? — Можно, я подойду?

— Конечно, — очень спокойно ответил Антон, — иди к нему.

— Я сейчас вернусь.

И я, робко оглянувшись, поспешила к Арину, вставшему со своей лавки, оставив на ней свою гитару.

— Привет.

— Добрый день, — поздоровался музыкант.

— Что ты тут делаешь? — задала я неумный вопрос, чтобы поддержать разговор.

— Жду, — лаконично ответил он и посмотрел на отвернувшегося Антона. — А ты с молодым человеком.