Булат повернулся к гостям и довольно улыбнулся:

– А есть сомнения?

ДАМИР

– Может, хватит третировать девчонку?

– Ты о чем?

– А то ты не понимаешь!

– Брат, какое нахер третировать? – Булат покачал головой и посмотрел в сторону своей Сони, которая вместе с Аней накрывала на веранде небольшой стол. От помощи прислуги девочки сегодня отказались. – У неё выпала тарелка из рук. Я подошел сзади и обнял Соньку. Вот она и уронила от неожиданности.

– Сам подошёл? – у Дамира внезапно зажгло в груди.

– Угу.

– А какого черта молчишь?

– Вот говорю.

– И давно… ходишь? – в горле встал ком.

– Дня два. Но стараюсь ноги не перетруждать. Всему своё время.

– Это мудрое решение.

Дамир не удержался и похлопал брата по спине.

Булат пошёл…

Даже не верится.

Все врачи в один голос твердили, что он безнадежен. Но при этом в каждой клинике готовы были взяться за его лечение, назначая всё новые процедуры и операции.

А потом появилась девочка-Аня.

Его ведьмочка.

Которая не только помогла Булату, но и в корне изменила жизнь самого Дамира.

Он надышаться не мог своей девочкой. Первое время даже с офиса срывался, чем сорвал несколько крупных проектов. Проекты в конечном итоге потом всё же получил, но сам факт! Неожиданно для него.

На днях видел Ольгу. Так же красива, с другим мужчиной. И снова в роли любовницы. Дамир сдержанно поздоровался с ней. Естественно, в душе ничего не дрогнуло. Сколько в его жизни было подобных Оль? Много. И ничего, все уходили, никого не хотелось удержать. Потому что одинаковые и по содержанию, и по оболочке. Цинично? Возможно, но как есть.

Именно из-за его цинизма отношения с Аней вначале и строились непросто. Не верил он ей… Поверил бы сразу, впустил бы не только в дом, но в и сердце, было бы значительно легче.

Ей тоже.

Она его сердце. Его жизнь.

Первое время, как только она согласилась быть с ним, он просыпался среди ночи и мог долго смотреть на Аню. Наблюдал, как трепещут её реснички во сне, как подрагивают. Ещё следил за её дыханием. Ему нравилось разглядывать едва набухшие соски, натянувшие ткань шелковой маечки или сорочки. Аня упрямо отказывалась спать с ним обнаженной. После занятий любовью неизменно натягивала одежду. Сначала он испытывал досаду, что она лишает его доступности и своей бархатной кожи. Потом догнал, что её желание спать в одежде как-то связано с прошлым опытом лечения.

Пусть пока будет так. Потом со временем Аня примет его правила.

Кстати, про лечение.

– Ты Соне ничего не говорил?

– Нет. Как и договаривались.

Мужчины переглянулись.

– Когда думаешь сообщать Анюте?

– Поедем от вас и сообщу.

– На ночь не останетесь?

– Нет, мы домой.

Ужин прошел в приятной обстановке. Девочки о чем-то шушукались, то и дело поглядывая на мужчин.