Он был ботаник, натуралист, работал под руководством профессора Улофа Рюдбека-младшего и знал Карла Линнея, оба эти ученые дали ему блестящие рекомендации. Дан собирался на шхуне обогнуть Кольский полуостров и попасть в Архангельск.

Он спешил, ему хотелось отправиться в путь как можно раньше, чтобы Даниэль по малолетству не мог поехать вместе с ним.

Однако Дану пришлось долго ждать ответа, он не мог напоминать о своей просьбе чаще, чем раз в полгода. Таким образом прошло больше двух лет. Наконец пришел решительный отказ. Политическая ситуация не располагала к таким пустым затеям, как исследование природы в незнакомых землях.

Дану никогда не было особого дела до отношений между разными странами. Теперь он с удивлением обнаружил, что жизнь на Востоке не стоит на месте: русские воевали с Турцией, и шведы были готовы напасть на ослабленную войной Россию через Финляндию.

Стоило ли удивляться, что царь не желал присутствия шведского ученого на своей земле, какие бы мирные цели тот ни преследовал.

Прожив в Гростенсхольме несколько лет, Даниэль вернулся в Швецию. В Гростенсхольме все было в порядке, только Тристан не мог больше противостоять неумолимо надвигавшейся старости. Кроме него, все в его поколении уже умерли, сам он продержался так долго лишь благодаря заботам своей молодой жены.

Даниэль сильно вырос, Дан и все остальные с трудом узнали его. У него появился низкий голос, он раздался в плечах, глаза и выражение лица говорили о бесстрашии и уверенности в себе.

«А ведь он был зачат благодаря колдовскому напитку, — растерянно думал Дан. — И в этом напитке был крохотный кусочек корня мандрагоры. Его родители не испытывали друг к другу ни чувственной страсти, ни сердечной любви. Между ними была только дружеская привязанность, однако, глядя на Даниэля, этого ни за что не скажешь. Воистину, силы творения могут подчас действовать вслепую».

Даниэль собирался серьезно заняться наукой.

Но все вышло иначе. Политическая ситуация обострилась — Швеция снова была втянута в войну.

Ёран Оксенштерн, офицер высокого ранга, не мог остаться дома. Он должен был явиться вместе со своим вооруженным отрядом. Среди прочих, с ним должен был явиться и Дан Линд из рода Людей Льда. И Даниэль, сын Дана. Отец возражал против этого, говорил, что Даниэль еще ребенок, но это уже давно было не так, Даниэль превратился в пышущего здоровьем юношу.

Сам Даниэль был спокоен. Он надел на шею корень мандрагоры и собрал свои нехитрые пожитки.

Спустя несколько месяцев, а точнее 23 августа 1741 года, они трое, Ёран Оксенштерн, Дан и Даниэль, находились в Виллманстранде в Южной Финляндии. Они старались не разлучаться, Оксенштерну было спокойно, когда Дан и Даниэль были рядом. Им уже пришлось участвовать в нескольких небольших сражениях.