Женитесь, потом разбираться будете. Хозяйка!

Софья возвращается.

– Очень всё вкусно было. Спасибо! Надеюсь, еще увидимся, Софья.

– Пожалуйста. Приезжайте в гости.

– Дед! А я останусь?

– Нет, сегодня домой поедем. А завтра уже – я в больницу, а ты сюда, погостить.

Провожаем их.

Тимка с Софьей обнимаются и шепчутся. Тесть благодушно посматривает на них и пытливо на меня. Пожимаем друг другу руки.

Дверь захлопывается. Я сдуваюсь, ложась спиной на стену.

– О чем он спросил тебя?

– Сказал, что не одобрит мою кандидатуру. Что хотел бы, чтобы ты вернулся к Наталье.

Спросил… Кого ты выберешь – меня или сына.

Меня перекашивает, я сжимаю челюсти. Просто хочется переломать всё вокруг. И разнести этот чертов несправедливый мир. Зачем ему так делать? Он же не сделает так? Зачем ему так наказывать меня? Ему же понравилась Софья!

– И что ты ответила?

– Правду! – поджимает губы.

– ЧТО? Дословно.

– Я сказала, что ты должен выбрать сына. И уверена, что ты сделаешь так. И при такой постановке вопроса я сделаю всё, чтобы тебе не пришлось выбирать в принципе. Но… Что такому серьезному человеку, как он, решая судьбу любимого внука, не пристало такие ненадежные решения принимать.

И людей, ломающих судьбы других, очень неприветливо встречают там, куда он в ближайшее время собрался.

* * *

– Простите… – опускает глаза Софья, опять переходя на Вы.

Но я не чувствую в ее голосе сожаления.

– За что?

– Наверное, мне нужно было быть более терпимой и сдержанной.

– Нет. Ты – умница. Ты была собой, и это единственное, о чем я просил тебя.

Это была проверка. Нет ему смысла сводить меня с Натальей и обрекать Тимоху на вечные скандалы.

Да и должен понимать, что когда он уйдет, я, по-любому, с ней разведусь и переиграю ситуацию с сыном. Софью проверял.

Всё получилось.

Сползаю по стене.

– Вам нехорошо?

– Мне очень хорошо!

– Он отдаст Тимку?.. – брови трогательно собираются домиком.

– Отдаст, никуда не денется.

Открываю глаза, рассматриваю Софьины босые пальчики. Взгляд медленно скользит выше, откровенно замедляясь на всех деталях. И, наконец, я встречаюсь взглядом с ней. Задумчивая…

Перехватываю за подол платья.

– Нас прервали…

– Да Вы можете о чем-то другом думать, кроме этого?!

– Честно? – мои пальцы поглаживают ее щиколотку.

 – У меня уже такой…токсикоз, – глотаю начало фразы, пытаясь сберечь ее нежную психику. – Что… удивительно, что я вообще еще в состоянии думать!

Настороженно делает шаг в сторону.

Скользя спиной по стене, поднимаюсь в вертикальное. Молча пытается смыться на кухню. Ловлю за талию. Тихий вскрик.

Ты специально, что ли, дразнишь меня?…

Уши снова закладывает от накатывающего возбуждения.