Софья съедает с доски кусочек тофу.

– Ужинать будете?

Киваю.

Разливает по тарелкам грибной суп. Еще что-то заманчиво пахнущее…

Забирает дочку у меня с коленей, усаживает на детский стульчик. Я смотрю на каждое ее движение как когда-то давно. Словно вижу в первый раз. Изящно, пластично… Это не приносит мне сейчас удовольствия, скорее наоборот, мне становится еще тяжелее внутри.

Красивая какая… Уверенней стала… Смелее…

За стол с нами не садится.

– Приятного аппетита, – в ответ разногласое «спасибо».

Подхватывает с тарелки еще один кусочек тофу.

– Катюша… – стелет ей на коленки салфеточку. – Аккуратно, ладно?

Уходит из кухни.

– Соня!

– Что? – заглядывает.

– Сядь с нами.

– Нет, спасибо.

Уходит.

– А мама что – покушала уже?

Тимоха отрицательно крутит головой.

– Мама уже несколько дней не кушает с нами.

– В каком смысле.

Пожимает плечами.

– Сказала, ей пока нельзя.

Что за бред?…

Катя тянет из моих рук кусок хлеба. Отдаю…

– Еще… – требовательно тянет следующий. – Папа…

Опять отдаю.

– Папа, еще!

Возле чашки пирамидка из хлеба.

– Нельзя баловаться с едой, – разбирает пирамидку Тимка.

– Можно! – шлепает ложка по жидкости в чашке.

Брызги летят мне на рубашку.

– Кать! – рявкаю я. – Хватит!!

Неожиданно агрессивно. Катюшка замирает. Губы начинают дрожать.

А, черт…

– Мамочка… – начинает рыдать дочь. – Мама…

Растерянно смотрю на застывшего Тимку и рыдающую Катюшку.

Соня залетает на кухню, с осуждением глядя на меня. Молча подхватывает ее на руки.

– Нервы лечи, Волков.

– Мааа-мочка…

Уносит.

– Пап, ты чего?

Отодвигаю от себя чашку. Взъерошиваю молча сыну волосы и ухожу на балкон. Сигарета…

Надо пойти и успокоить дочку. Но я не могу.

Это всё Софья виновата!

Бред?

Но я чувствую именно так.

На столе стынет ужин. И никого. Тимка сбежал к девочкам…

Почему-то хочется тоже попробовать этот тофу. Никогда его не любил. Беру кусочек с чашки, съедаю. Абсолютно пресная редкостная дрянь. С усилием проглатываю.

В моей семье происходит что-то, о чем я не в курсе. По-моему это «нечестно».

Делаю несколько вдохов поглубже.

Волк, тебе уже сорок. Включи адекват. Задай ей два вопроса. Два простых вопроса!

А что делать с ответами – разберешься!

Еще пара вдохов.

Из детской уже смех. Софья в пороге, застегивает курточку.

– Татьяне я позвонила, сейчас приедет.

– Зачем? Я же дома.

– Мне показалось, что нет.

– В каком смысле.

– Видимо, мозгами ты еще на работе. А вокруг тебя дети, Зак. Пусть с ними побудет Татьяна.

– А что не так с их мамой? Почему она не может побыть с ними.

– А у мамы тоже бывают дела.

– Очень интересно – какие?

– Этого я тебе не скажу, – поднимает с пола пакет, берется за ручку двери.