Его рука властно легла на мою грудь, опрокидывая вновь на шкуру, и я услышала слегка насмешливое:

— Собираюсь тебя вылечить. Не мешай.

Оказавшись вновь лежащей на шкуре, я поняла что безбожно пьяна. Невероятно пьяна. Пьяна настолько, что нет сил возразить тому, кто… перешел все грани приличия и сейчас с нескрываемым упоением покрывает поцелуями… Я даже думать об этом не могу! Я даже…

Первый стон вырвался неожиданно, и лишь потому отчетливо прозвучал в ночной пустыне. Чтобы не допустить второго я искусала все губы, но от третьего это не спасло. Четвертым был хриплый вскрик, а дальше я потеряла счет времени, не говоря уже о возможности контролировать собственную реакцию.

Лечение? Покажите мне хоть одного целителя, кто «лечит» подобным способом, но даже я, досконально знающее строение женского тела, не могла предположить, что нежные поцелуи и стремительные ласки способны настолько свести с ума. А они свели. Свели настолько, что все мое внимание, все существо, сосредоточилось там. И я утратила слух, зрение, осязание, я словно погрузилась в Бездну, в объятия тьмы, где яркими зажигающими кровь вспышками были прикосновения темного лорда.

То, что случилось дальше, я не могла объяснить себе ничем — просто в какой-то миг вдруг взорвались все звезды, осыпая меня серебристым сиянием. И я будто умерла, поднявшись высоко-высоко, и раскинув руки, парила несколько невероятных секунд среди осыпающихся сверкающей пылью звезд.

Смерть?

Но почти сразу, я вновь ощутила себя обнаженной, лежащей на белоснежной шкуре какого-то некогда жившего огромного монстра, а рядом со мной, нежно поглаживая, и тихо обдувая мое горящее от произошедшего лицо, лежал Даррэн, и его улыбка, оказалась самым фантастическим, что я когда-либо видела в жизни…

— Ты так стонала, — прошептал он, вновь склоняясь к моим губам, — что я едва не сорвался… Ты восхитительна, любимая. Невероятно чувственная, нежная, страстная, и способная свести с ума одним стоном.

Но затем, резко отстранившись, хрипло предложил:

— Вина?

Тяжело дыша в изумлении взглянула на Даррэна и уже собиралась отказаться, как он добавил:

— Если нет, мы можем продолжить прямо сейчас.

— Вина! — голос был сиплым.

Усмехнулся, укоризненно покачал головой, но поднялся и прошел к месту, где остались лежать пустые бокалы и бутылка. Я же лежала, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя и… мне ни капельки больше не было больно."

"Наполнив мой бокал рубиновой жидкостью, Рэн сначала поднял меня, подставив подушку, после, протянул мне вино. Затем налил для себя. Соприкоснув наши бокалы с тихим звоном, провозгласил тост:

— За тебя, любимая.

Мне не хотелось больше пить. Но один глоток, и весь бокал я осушила до дна. А протягивая его демону, хрипло спросила:

— Снова магия.