– И построим башню?

– И построим башню…

Это были последние слова, что он успел сказать до того, как дети убежали, торопясь попасть в подъехавший к остановке автобус…

А он так и остался смотреть им вслед и казалось, что вместе с ними из груди шагает прочь его душа.

Глава 35

Я понемногу вливалась в непривычный для себя, но по-своему приятный рабочий ритм.

Мозг, заиндевевший за время простоя, когда в голове только и вертелось, что расписание детей, уроки, готовка и прочие бытовые хлопоты, теперь оттаивал, циркулировал, оживал. Он цепко и благодарно хватался за любую задачу, которую мне доверяла Карина.

А я – просто следовала за ней тенью, выполняя все, что мне говорилось и порой даже предлагая иные решения в той или иной рабочей ситуации, если таковые приходили мне на ум.

Я была благодарна ей за то, что она внимательно меня слушала и даже – прислушивалась, хотя у меня не было совсем никакого опыта по части содержания интернет-магазина. Но ее положительная реакция на мои предложения ободряла, помогала почувствовать себя важной частью общего дела.

И в такой ситуации, когда у меня появился стабильный график работы, я могла только молиться на старшего сына, который теперь присматривал за младшим, возил его по секциям и добирался сам по своим делам самостоятельно.

Было страшно поначалу отрывать от себя детей, и себя – от них, но иного выбора просто не было.

Я всегда знала, что мать мне не поможет. И что свекровь любит «деточек Лешеньки» исключительно по праздникам и предварительной договоренности. Иной опоры, кроме себя самой, у меня не имелось.

Точнее, она была. А я сама… сделала все, чтобы этой опоры лишиться.

К счастью, Костя теперь снова присутствовал в моей жизни.

Не давил, не навязывался, но стабильно интересовался моими делами и держал меня в курсе того, как проходит ремонт машины: совсем еще не старому седану итоге потребовался ремонт двигателя…

Прогоняя в голове все эти мысли, я едва не проехала свою остановку. Выбежав из автобуса буквально в последний момент, облегченно выдохнула. Совсем не хотелось тащиться пешком до нужного места после весьма насыщенного дня, тем более, по слякоти, которая заполонила все улицы.

Дочь из садика забирала я сама.

Поначалу опасалась, что Оля будет переживать из-за того, что теперь остается там дольше, но она отнеслась к этой перемене поразительно спокойно. В ответ на мой вопрос, не расстроилась ли она, дочка только загадочно улыбнулась – улыбкой, достойной самой Моны Лизы.

И сегодня мне наконец стало ясно, в чем была причина такой реакции.

Мне навстречу Оля вышла не одна: за руку она держала хорошенького темноволосого мальчика с пронзительными карими глазами. И вид у них был при этом до забавного торжественный.