Конечно, можно было позвонить Кире и все уточнить, но совсем не хотелось быть посланным прямо сходу…

И потому он принял решение попытаться перехватить их всех прямо у школы.

Двадцатью минутами позже он старательно всматривался в толпу одинаково одетых учеников, высыпавших на улицу по окончании занятий. Машины Киры поблизости видно не было и это уже показалось ему странным…

Но еще более странным было то, что, когда он наконец нашел глазами среди прочих своих сыновей, они уверенно направлялись прямиком к автобусной остановке…

Леша стремительно выскочил наружу, едва не забыв закрыть машину, бросился следом…

– Кир! Арт!

Старший сын его даже не услышал – или просто сделал вид. Зато младший повернул голову на окрик, бросил на землю рюкзак и рванул к нему…"

"По груди словно вулканическая лава пронеслась – до такой степени там пекло и жгло, когда он заключил сына в объятия, провел раскрытой ладонью по волосам…

Кирилл обернулся тоже. Смерил его злым, непримиримым взглядом. И лава словно в камень в этот момент обратилась – до того тяжело, мучительно стало там, слева, где было его сердце…

Выждав некоторое время, Кирилл все же подошел ближе. Дернул Артура за руку, строго скомандовал:

– Арт, нам идти надо. Упустим автобус – опоздаем.

– А где мама?

Он задал этот вопрос им обоим, но по лицу Кира понял: ответа ждать не стоит. Откликнулся только Артур:

– Мама на работе…

– На какой еще работе? – только и сумел спросить, застигнутый такими новостями врасплох.

Теперь уже Кирилл вмешался в разговор. Грубо огрызнулся:

– А что тебе не ясно? На обычной работе. Потому что на тебя она больше не рассчитывает.

Стало больно. Сильнее, чем если бы его просто ударили.

– Но я не забирал у нее карту…

– Подачки свои себе засунь куда-нибудь. Тебе ведь и без нас есть, куда сливать свои бабки… и не только бабки, да? А мы без тебя обойдемся. Идем, Артур!

Он снова дернул младшего за руку – уже гораздо требовательнее. Артур неожиданно захныкал:

– Но это же папа…

И тут Леша не выдержал. Отпустив младшего сына, придвинулся ближе к старшему, отчеканил:

– Будь добр, разговаривай нормально. Я все-таки твой папа.

Кир рассмеялся: громко и издевательски.

– Я тебе сказал уже, дядя – нет у меня больше отца. Кончился. И разговаривать с посторонними нам нельзя.

Он снова потянул Артура на себя и тот неуверенно к нему шагнул. Леша порывисто, импульсивно упал на колени перед младшим сыном, чтобы видеть его глаза, и торопливо пообещал:

– Мы с тобой еще обязательно увидимся. Скоро.