— Так для него не проблема переспать с другими женщинами, он просто не хочет спать со мной.

— Нет, это не так. И, как я уже сказала, в «Палермо» он давно не появлялся.

— Хорошо, но это не отменяет того факта, что он не хочет спать со мной. Я могла принять это с Антонио, потому что знала, что в этом нет ничего личного. Его не тянуло ко мне, потому что он вообще не интересовался женщинами, но в чем причина незаинтересованности Данте? Может, он не находит меня привлекательной?

— Не смеши меня, Вэл. Ты великолепна. Ему нужно быть слепым, чтобы не увлечься тобой. Может, он не хотел на тебя давить? Ты потеряла мужа меньше года назад, и Данте не знает, что вы с Антонио никогда не были настоящей парой.

— Не то чтобы я не скучала по Антонио, — сказала я, оправдываясь. — Мне не хватает наших разговоров и его доверия ко мне.

— Я знаю, что это так, но физически ты не скучаешь. А Данте, наверно, думает, что ты пока не готова к другому мужчине.

Я задумалась. Это казалось логичным объяснением, а Данте был сама логика. С другой стороны, Данте — мафиози, а они обычно особой чувствительностью не отличаются.

— Сколько ты знаешь мужчин, которые будут беспокоиться об этом?

— Томмазо точно бы не стал, — поморщилась Бибиана.

— Вот видишь, — сказала я, чувствуя себя все несчастнее. — Маловероятно, что только совесть мешает Данте спать со мной. Он убийца и профи притом. Он заслужил место Босса.

— Но это не значит, что у него нет никаких сомнений. Я знаю, что он категорически не одобряет изнасилование.

— Он не одобряет? — фыркнула я.

Бибиана строго взглянула на меня."

"— Я серьезно. Данте сказал своим людям, что кастрирует всякого, кто воспользуется изнасилованием для пытки, наказания или развлечения. Томмазо от этого приходит в ярость, потому что считает, что волен делать в клубе «Палермо» с женщинами все, что захочет.

Насчет этого у меня ни на секунду сомнений не возникало. Я уже потеряла счет, сколько раз за это время он изнасиловал Бибиану. Конечно, в нашем мире никто не называл это изнасилованием, потому что она была его женой, а ее тело принадлежало ему. Мне больно было даже думать об этом.

— Ладно, предположим, у него есть кое-какие сомнения.

Это имело смысл после того, что Данте вчера рассказал о Габи. Может, он на самом деле не хотел быть инициатором чего-либо в отношении меня, считая, что я все еще скорблю по Антонио.

— А если тебе самой сделать первый шаг? — предложила Бибиана.

— Я полуголая гарцевала вокруг него вчера, куда уж больше?

— Ты можешь его поцеловать. Потрогать его.

Как надо целоваться, я знала. Антонио несколько раз целовал меня. Было приятно. По крайней мере, мне, так что поцеловать Данте будет мне по силам.

— Потрогать его? Ты имеешь в виду его… сама знаешь что?

Бибиана покраснела.