Может, в этом причина того, что он даже не попытался приступить к супружеским обязанностям?

Бибиана отвела взгляд и потянулась к стоящему перед нами столу за макаруном на серебряной этажерке. Она запихала его себе в рот и начала сосредоточенно жевать. Страх начал подниматься во мне откуда-то изнутри.

— Биби? — У нее забегали глаза. Она сглотнула и потянулась за следующей сладостью, но я остановила ее, схватив за запястье. — Ты ведь знаешь что-то. У Данте была любовница после смерти его жены?

Бибиана вздохнула.

— Я не хотела тебе рассказывать.

Ее слова опустошили меня.

— Почему?

Потому что у Данте постоянная любовница? Кто-то, на ком он не мог жениться по социальным или политическим соображениям? И поэтому он выбрал вдову — меня, чтобы не обманывать бедную невинную девушку. У меня закружилась голова.

Бибиана крепко сжала мою руку.

— Эй, все не настолько ужасно. Успокойся. Ты же не собираешься упасть в обморок прямо сейчас?

Я взяла зеленый макарун и засунула его в рот. Сладкий вкус фисташки распространился по языку, и я немного расслабилась.

— Ну так выкладывай, пока я не придумала других сценариев, один ужаснее другого.

Конечно, Бибиане не терпелось спросить, что я успела напридумывать, но, к счастью, она не стала этого делать. Бибиана знала меня достаточно хорошо, чтобы все понять. Мы дружили с пеленок. Моя кузина, самая близкая ко мне по возрасту, с которой мы проводили каждую свободную минуту, были неразлучны даже в школе, за исключением тех занятий, которые не были у нас общими, потому что я была старше на год. Мы держались вместе еще и потому, что с обычными людьми нам подружиться было сложно. Ничего не изменилось даже после замужества. Мы стали еще ближе, если такое вообще возможно, потому что могли поделиться друг с другом своими проблемами в браке, не переживая, что кто-нибудь узнает.

— Муж говорил, что Данте часто посещал клуб «Палермо».

Я застыла. Ночной клуб «Палермо» принадлежал мафии, и в нем были не только танцы у шеста и стриптиз, но ещё и проституция. Муж Бибианы был управляющим в клубе.

— Что ты имеешь в виду?

Щеки Бибианы стали пунцовыми. Похоже, она уже пожалела о том, что заикнулась об этом.

— Он снимал проституток для секса.

Я сжала губы, силясь понять, из-за чего так больно. Буквально вчера ночью мы говорили о проституции. Почему он ничего не сказал? Я практически увидела, как бы могла пройти эта беседа.

— Но больше нет, правильно?

— О нет, это было давно. Примерно через год после смерти жены у него настали не лучшие времена, и пару раз в неделю Данте приходил в клуб, чтобы «выпустить немного пара», как выразился Томмазо.

Это было еще до нашего брака, и все же осознание того, что Данте спал с проститутками, а меня даже поцеловать не пытался, сильно ранило.