Унижение продолжалось неделю за неделей, постепенно сходя на нет по причине дряхления Пулитцеровского лауреата, и в конце концов закончилось его импотенцией, чему немало способствовали злоупотребление алкоголем и наркотиками. Когда река доходов от издания его единственной книги превратилась в ручеек, а семейное наследство оказалось исчерпанным, Харпер попросил о помощи своего друга Джозефа Мактига. Последний, обратив внимание на плачевное состояние финансов знаменитого писателя, «не только устранил сомнения в его платежеспособности, но и обеспечил материальный уровень, позволяющий как удовлетворять потребности в самом лучшем виски, так и баловать себя кокаином».

После того как Берилл уехала, мисс Харпер написала ее портрет, который повесила в библиотеке, — портрет ребенка, лишенного невинности. Он стал вечным молчаливым укором брату. Он все больше пил, все меньше писал и к тому же начал страдать от бессонницы. У него вошло в привычку посещать «Таверну Калпепера». Стерлинг Харпер не возражала, используя свободное время для общения с Берилл по телефону. Последний удар по их отношениям последовал, когда Берилл, поощряемая Спарачино, начала писать, нарушая контрактные обязательства, книгу воспоминаний.

Книга дала ей возможность заново оценить собственную жизнь и, говоря ее словами, «сохранить красоту моей подруги Стерлинг, как сохраняют, положив между страницами, полевой цветок». К работе она приступила вскоре после того, как у мисс Харпер обнаружили рак. Связывавшие их узы выдержали все испытания, их любовь друг к другу пережила разлуку.

Разумеется, было в книге и другое: пространные отступления, посвященные написанным Берилл романам, истории их создания. Перечитывая отрывки из ранних работ, я вспомнила страницы, обнаруженные после смерти Берилл в ее спальне. Может быть, они содержали отобранные для автобиографии цитаты? Трудно сказать. Во многих отношениях Берилл оставалась загадкой, и, что было у нее на уме, приходилось только догадываться. И все же я понимала, что книга получилась необыкновенно интересная и достаточно скандальная, чтобы напугать Кэри Харпера и заинтриговать Спарачино.

Чего в книге не было, так это даже малейшего намека на Фрэнки, на тот ужас, который преследовал ее в последние месяцы. Может быть, Берилл просто не нашла сил рассказать о еще одном свалившемся на нее испытании. Может быть, надеялась, что беда со временем рассеется.

Мы уже приближались к концу, когда Марк тронул меня за плечо.

— Что? — не отрываясь от книги, спросила я.

— Кей, посмотри сюда. — Он провел пальцем по начальным строчкам двадцать пятой главы, которую я уже прочитала. Присмотревшись, я поняла, что он имеет в виду: страница была фотокопией, а не оригиналом, как все остальные.