Пауза оказалась недолгой.

— Извините, мэм, но Джини Сэмпл у нас не числится.

Черт! Но как же так? Имя значилось в отчете судмедэксперта, и там же был указан ее телефон. Телефон «Валгаллы». Или доктор Браун ошибся? Прошло десять лет. За десять лет много чего могло измениться. Мисс Сэмпл могла переехать. Или выйти замуж.

— Извините, Сэмпл — ее девичья фамилия.

— А какая у нее фамилия сейчас, вы знаете?

— Мне так неудобно… Конечно…

— Джин Уилсон?

— Э…

— В списке сотрудников есть некая Джин Уилсон, — продолжала дежурная. — Трудотерапевт. Секундочку. — В трубке послышался шелест бумаг. — Да, ее девичья фамилия Сэмпл. Но по уик-эндам она не работает. Будет в понедельник, с восьми утра. Оставите сообщение?

— А вы не могли бы сказать, как с ней связаться?

— Мы не вправе давать такую информацию, мэм. — В голосе дежурной зазвучали нотки подозрительности. — Если вы назовете себя и скажете номер телефона, то я передам миссис Уилсон, чтобы она перезвонила вам.

— Боюсь, к понедельнику меня здесь уже не будет. — Я помолчала секунду и со вздохом сожаления добавила: — Спасибо. Попробую еще раз, когда снова приеду в Ричмонд. А можно ей написать в «Валгаллу»?

— Конечно, мэм.

— Тогда, пожалуйста, продиктуйте ваш адрес.

Она продиктовала.

— А как зовут ее мужа?

Снова пауза.

— Кажется, Скип.

Скип? Скип может быть прозвищем Лесли.

— Мистер Скип или Лесли Уилсон, — пробормотала я, записывая. — Большое вам спасибо.

Справочная служба назвала мне Лесли Уилсона в Шарлотсвилле, Л. П. Уилсона и Л. Т. Уилсона в Ричмонде. Оставалось только найти нужный вариант. Я снова сняла трубку. Мужчина, ответивший на звонок, адресовавшийся Л. Т. Уилсону, сообщил, что Джини куда-то ушла и вернется домой через час.

Я понимала, что отвечать на вопросы, которые задает по телефону незнакомый человек, никто не станет. Джини Уилсон объявит, что должна предварительно посоветоваться с доктором Мастерсоном, и на том моя ниточка оборвется. Гораздо труднее отказать тому, кто вдруг заявится к вам лично, позвонит в дверь, представится главным судмедэкспертом штата да еще предъявит служебный жетон.

В джинсах и красном пуловере Джини Сэмпл-Уилсон выглядела никак не старше тридцати. Бойкая брюнетка с дружелюбным взглядом, рассыпанными по щекам веснушками и завязанными в хвост длинными волосами располагала к общению. В гостиной перед телевизором сидели на ковре два мальчика. Мультфильмы занимали их больше, чем незнакомая гостья.

— Вы давно работаете в «Валгалле»? — спросила я.

Она замялась.

— Мм… почти двенадцать лет.

Я даже вздохнула от облегчения. Джини Уилсон работала в больнице не только девять лет назад, когда уволили Джима Барнса, но даже и тогда, когда там лечился Эл Хант.

Она все еще стояла в проходе.