Поэтому продолжала молчать, как рыба в пироге, что с лихвой компенсировала добрая женщина, бесконечно разговаривавшая сама с собой. Слава богу, собеседники ей были не нужны.

Как только чашка опустела, я «смежила веки», всем своим видом показывая, что умираю, как хочу спать.

— Вот бы ещё разузнать, как её зовут? — уже натурально засыпая подумала я.

— Марлен, береги дрова! — послышался откуда-то издалека сварливый голос блондинки.

— О! Спасибо. — отметила про себя я и поддалась дрёме.

Глава 9

Спалось неспокойно. Перед глазами сумбурно неслись обрывки воспоминаний, событий, фраз. Помню, как переживала за близких, оставшихся там, в родном доме. Как рвалась утешить их, успокоить, рассказать, что жива. Мне, видимо, так сильно хотелось снова оказаться рядом с ними, что, по-моему, я их даже увидела.

Кажется, снова приходила Марлен, опять уложила мне на лоб влажную тряпку. Я приоткрыла глаза, ощутив прохладу заботливых рук на висках, и снова провалилась в забытьё.

Проснулась резко, с колотящимся сердцем и смешанным чувством облегчения и разочарования одновременно. С одной стороны радовало, что выбралась из кошмара, с другой — было тяжко осознать, что не туда, куда рвалась душа."

"Опять захотелось поплакать. Всё окружающее казалось каким-то диким сюром. Но, всё-таки, я была слишком рациональна, чтобы так легко заподозрить себя в помешательстве. К тому же, в физическом плане всё подтверждало реальность происходящего. Всё то же тело, ручки, пальчики. Разве что ногти перестали отдавать синевой — в комнате заметно потеплело.

— Ладно, Крис, давай попробуем пошевелиться и осмотреться. - я потихоньку начала разминать руки.

Тело было онемевшее, слабое и слушалось свою новую хозяйку плохо. Скорее всего от долгой неподвижности. Сколько же девочка пролежала в кровати?

— Бр-р! А постель-бы сменить. И помыться не помешало бы. - отмечала я, отодвигая одеяло.

Под ним обнаружились длиннополая сорочка — ветхая, не раз штопаная и грязная, и соответствующие всему остальному тощие ножки, хорошей, впрочем, формы.

— Да чего ж ты такая худая, осспидя-а?! — с досадой подумала я, — Совсем тебя тут что ли не кормили?

Повернулась на правый бок и попыталась приподняться на локте. Дохлый номер. В голове тут же зашумело, закружилось. Я опять опустилась на подушку и натянула одеяло.

И тут меня разодрала злость.

— Нет, ну с этим однозначно надо срочно что-то делать. — пыхтела про себя я, — Никогда Михалёва вот таким безвольным поленом не валялась.

— Так, с рёбрами понятно. Но ведь не это из девочки дух вышибло. Наверное было повреждение внутренних органов.