Голова гиганта откинулась, и в свете фар я увидел брызги, веером вылетевшие из его пасти. Импровизация удалась. В себя он придёт не скоро. И главное, хрен что вспомнит. Проверено.

— Ходу! — скомандовал я.

В одно мгновенье картина у фургона изменилась. Стройная, как у муравьёв, цепочка рабов вмиг смешалась. От неё отделилась фигура главного надсмотрщика, и рабочий процесс тут же нарушился.

— За ним! — крикнул я Кукуше и показал на Плеваку, который увидел нас и подорвался.

Я махнул, чтобы не ждал, и Кукуша, не выходя из машины, рванул в сторону летящего, как сайгак, похитителя моей куртки.

Кажется, в Кукуше зажёгся инстинкт охотника. Он обогнал этого чемпиона по бегу, резко затормозил прямо перед ним, выскочил из тачки и без слов, вразумлений и прочей ненужной лирики впечатал свой внушительный кулак в нос Плеваке."

"Тот, как манекен, не прошедший краш-тест, переломился и полетел кувырком, замерев в неестественной позе. Но тут же зашевелился, заскулил, закопошился и попытался приподняться.

— Где⁈ — зарычал Кукуша, склонившись над ним.

— Мужик… мужик… я тебя не знаю… — затряс головой поверженный монстр, моментально став покладистым и практически ручным.

— Где куртка, тварь⁈

— А? — не мог сообразить он, в чём дело. — Какая? Ты кто? Мужик, ты…

— Ты, кого мужиком назвал⁈ — прорычал Кукуша и его кулак, украшенный знаками воровской доблести, указал на допущенную Плевакой ошибку.

Плевака тонко завыл, схватился за рожу, а Кукуша начал долбить его могучими и жёсткими пинками.

— Где куртка? — спросил я, склоняясь над сломленным рабовладельцем, когда Кукуша устал, запыхался и начал утирать своё взмокшее лицо.

Увидев меня в свете фар, Плевака обомлел.

— Я… я… я… — заблеял он.

— Головка патефонная, — закончил его мысль Кукуша.

— Ошибся ты, мудила, — покачал я головой. — Бабки, часы и куртку. А, ещё наручные часы. Быстро.

— Я не знаю, — замотал он головой.

Тогда я поднял руку и выстрелил в землю рядом с его головой. На стволе был глушак, так что эффект получился не слишком грандиозным, но от сдержанного лязга, запаха пороха и дрогнувшей от удара пули земли, Плеваке стало действительно страшно.

Я навёл ствол ему в междуножье и он засучил, задёргал ногами, попытался подняться и тут же получил от Кукуши новую оплеуху.

— Быстро, гнида, если не хочешь, чтобы следующая моя куртка была сшита из твоей шкуры, — процедил я и нацелил ствол ему в лоб.

— Куртка, я понял! Куртка… здесь… Она в котельной…

— Часы! Напольные! Старые часы, которые ты из моего дома взял!

— Их Харитон увёз!!!

— Где Харитон⁈ — заорал Кукуша так, что стены задрожали. — Где⁈

— К Стакану увёз!

— Где сам Харитон? — спросил я.