Спускайся, — отдаю распоряжение, не желая еще раз выслушивать ее причитания, — жду у подъезда."

"— Хорошо, — обреченно вздыхает в трубку, — сейчас приду.

Конечно придешь! Куда ты на фиг денешься?

ВаренькаОн все-таки приехал!

Черт! Черт! Черт! Ну зачем??? Выкинул бы эту записную книжку и дело с концом! Все равно новая, почти пустая, там ничего важного нет.

После его первого звонка я ждала. Сидела на кресле, прямая, словно кол проглотила, и нервно смотрела то на часы, то на экран телефона. Читать перехотелось, один надкусанный эклер так и остался недоеденным, аппетит пропал напрочь.

Вот тебе и вечер релакса. Расслабилась, называется!

Я все сидела и ждала, а Рома все не появлялся, и во мне зародилась робкая надежда, что он передумал, решил не тратить свое время на неуклюжую сотрудницу. И тут снова звонок. У меня аж душа в пятки ушла.

Приехал.

На ватных ногах, словно в тумане бреду к выходу. Снова всколыхнулись те эмоции, с которыми я боролась весь день — стыд, смущение. Кошмар! Как я ему сейчас в глаза посмотрю?

Сама не заметила, как спустилась на лифте вниз, печальной тенью выплыла из подъезда.

Неманов стоит возле своей машины, прислонившись к ее капоту и лениво крутит в руках мою записную книжку.

Собрав все свои силы, пытаюсь придать себе невозмутимый вид и направляюсь к нему. За моим приближением Роман следит, чуть склонив голову на бок, задумчиво водя взглядом вверх-вниз, и чем ближе к нему подхожу, тем яснее понимаю, как ужасно сейчас выгляжу. В спортивных штанах, кофте на распашку и футболке на голое тело. Лифчик-то я сняла как пришла, зачем он мне дома? Моя грудь настойчиво сигнализирует о том, что мне зябко, и что я на нервах. Торопливо кутаюсь в кофту, запахивая ее на груди, проклиная свою рассеянность. Неманов замечает мои судорожные попытки прикрыться и только усмехается, при этом смотрит прямо, даже не пытается сделать вид, ничего не происходит. Наблюдает нагло, в упор, глядя как раз на ту часть тела, которую я так усердно пытаюсь спрятать.

Злюсь и вместе с тем по венам патока расползается, потому что именно так он смотрел на меня сегодня ночью, во сне.

Останавливаюсь напротив него и ни слова не могу из себя выдавить. Просто стою, смотрю, все силы уходят на то, чтобы сохранить хоть какое-то подобие спокойствия.

— Добрый вечер, — наконец подаю голос, и он больше всего напоминает писк мыши. Кашлянув, добавляю уже более солидно, — спасибо, за то, что нашли время и привезли мне записную книжку.

Рома продолжает молчать, все так же меня рассматривая.

— Могу я ее забрать, — тянусь за своей вещью, но он отводит руку в сторону, не отдает. Замираю, вопросительно глядя на него. Глаза в глаза, так близко, что меня парализует. Мне кажется, будто он ловит меня этим взглядом, и я не могу вырваться из этой ловушки.