— Почему Добби?  — удивленно поднял брови Клим.

— Потому что «Добби свободен»,  — пояснила Наташка,  — он же всех увольнял без разбору, человек пятнадцать заявления написали. Сейчас, говорят, он дал команду «стоп» и изучает личное дело каждого.

— Все равно Чистяков молодец,  — не согласилась Катя,  — за наших горой встал! Так что я бы на твоем месте не пожлобилась на коньяк.

— Не пожлоблюсь, конечно. Ладно, пошли по местам.

— Добби,  — хмыкнул под нос Клим, выходя из курилки за девушками,  — ну и балабол этот ваш Антоха!

Он догнал Катю у двери в отдел и придержал за локоть.

— На выходные планы есть?

У нее сердце прыгнуло вверх, потом свалилось вниз, а потом и вовсе исчезло. Неимоверным усилием воли она приняла невозмутимый вид и пожала плечами. И сердце дало знать о себе, вновь застучав на своем месте.

— Наверное, поедем с детьми покупать летнюю одежду и обувь, они уже взрослые совсем! — Катя непроизвольно улыбнулась. И едва не села на пол от того, что уголки губ Клима тоже дернулись в улыбке.

— И у меня нет летней одежды. Можно с вами? — Аверин, не дожидаясь ответа, положил ей руку на талию, и Катя поспешно кивнула, протискиваясь между ним и дверью, потому что отказать ему не смогла бы под страхом смертной казни.

На следующий день весь офис гудел ульем, обсуждая ошеломительную новость: за несоответствие занимаемой должности был уволен второй зам исполнительного директора Алексей Осадчий, а Ленка Бородинская из финансового отдела написала заявление по собственному желанию.

Глава 9

Катя допивала кофе, когда раздался звонок домофона.

— Курьерская доставка, — сообщила трубка голосом Аверина, и через минуту он возник на пороге собственной персоной, втаскивая за собой две яркие объемные коробки.

— Привет! — Клим улыбался так радостно, будто с утра уже успел выиграть миллион. — А где все?

Из детской в коридор выбежали Матвей с Ваней и затормозили, с двух сторон уцепившись за Катю.

— О, здорово, пацаны! Идите сюда, — Клим присел на корточки, но малыши подходить не торопились, опасливо выглядывали из-за Кати.

— Они тебя не узнали, — попыталась она оправдать детвору.

— Как это не узнали? Я что, напрасно полночи им стихи читал? Эй, мелюзга, ну ка признавайтесь, кто из вас Матвей, а кто Иван? Разбирайте подарки!

Клим поставил коробки на пол, он говорил бодрым и веселым голосом, но почему-то Катя не могла отделаться от чувства, что тот старательно скрывает за показушным налетом неловкость и напряжение."

"В коробках с логотипом известного производителя детских игрушек красовались одинаковые пожарные машины, и Катя присвистнула бы, если бы умела свистеть.