Плыли они налегке, ведь на судне валялось много оружия перебитых пиратов. На крайний случай в рубке у Кэрби был автомат. Теперь пираты неизбежно должны были оказаться под перекрестным огнем и с суши, и с судна.

Морли и Нина не стали заходить в своих играх в войну слишком далеко. Когда пираты стали убираться с судна, они догадались, что Кэрби постарается захватить «Хоуп». Спустившись в коридор, они на всякий случай вернулись в медпункт, прихватив с собой оружие. Нина сразу же занялась осмотром раненых моряков, отвечая на их вопросы, а Морли принялся наблюдать через иллюминатор за происходящим.

Дело было плохо – у Симона Карацолиса начался жар, его трясло в ознобе, рана на ноге воспалилась, а сама нога начала отекать. Нина поняла, что придется срочно делать операцию. Дело несложное, и среди судового медоборудования было все необходимое.

– Дон, – позвала Нина, – мне нужно полчаса спокойной работы. Карацолису плохо.

– Хорошо, Нина, занимайся. Я послежу за нашими головорезами. Но постарайся работать быстро, ситуация может измениться в любой момент и в любую сторону.

Быстро все приготовив, Нина занялась привычным делом.

Двое моряков держали ей дополнительный свет. Нина вспомнила, как год назад в Ираке она делала то же самое, но в совершенно диких условиях.

Тогда под эгидой Всемирной ассоциации врачей в послевоенный Ирак срочно гнали лекарства. Нина ехала с грузом вакцины, потому что возникла угроза эпидемии. Вакцину приняли в Турции в порту Трабзона. Оттуда транспортным самолетом ее отправили на Багдад. Но над горами и начались неприятности. У пилотов стал барахлить альтиметр. Чудом обойдя стороной грозовой фронт и низкую облачность, транспортник еле сел в гражданском аэропорту в Мосуле.

Американский комендант вовремя и чуть ли не под дулом пистолета освободил посадочную полосу и убрал лишние борта. Сесть на большом современном самолете без показаний прибора высоты невозможно, помогли аэродромные службы, которые постоянно давали показания высоты с земли. Все обошлось благополучно, но груз до Багдада отправить было не на чем. Прислать другой борт обещали только на следующий день, а сутки решали в этой критической ситуации многое, если не все.

По прямой от Мосула до Багдада чуть больше четырехсот километров.

Но если ехать машинами, то по дорогам послевоенного Ирака это займет часов восемь, а то и двенадцать. Наконец решили хотя бы часть груза отправить на маленьком двухмоторном самолете, а остальной груз – по шоссе. Нина с иракским военным врачом и двенадцатью морскими пехотинцами отправилась воздухом.

Злоключения продолжались, и самолет попал в сильную пыльную бурю. Стареньких моторов не хватало для набора высоты, и самолет стало сносить на юго-запад.