И вся из маленьких зеленых листочков, которые у нас баксами называют, а у вас долларами.

– Ну, понятно. А растут эти зеленые побеги из благодатной почвы, удобренной нефтью, торговлей оружием, наркотиками и обильно политой мутной водичкой хаоса гражданской войны.

– Ну, примерно так.

– А дяде Феде ты расчеты по ракете показывал? – вдруг загорелась Маша.

– Показывал, показывал. И дяде Феде твоему показывал, – успокоил дочь Виноградов. – Кстати, он чем-то там заинтересовался. В целом этот обман удачно сформулирован, но, как сказал дядя Федя, в парочке мест мистификаторы были недалеки от истины. Он у себя в институте хочет с чем-то там поэкспериментировать. Но ты мне дядей Федей зубы не заговаривай. Ну-ка, доложи, что ты там учудила с судовым врачом сухогруза, что ее в клинику упекли, а через два дня в недоумении выписали.

– Папа, а старпом Казаков действительно был сотрудником Интерпола?

– Нет, никогда он отношения к Интерполу не имел. Есть основания полагать, что он был доверенным лицом или агентом Кэрби с псевдонимом Мария, а что?

– Был момент, когда он объявил об этом мне и Морли.

– И все-таки, что случилось с судовым врачом?

– Извините, товарищ генерал, – засмеялась Маша, – но у магистра медицины и физики есть свои профессиональные, но безвредные секреты.

– Ладно, «магистр», – усмехнулся генерал Виноградов, – хватит о делах! Есть у меня одно маленькое сугубо семейное предложение…"