Он задумался, а затем решил не одевать на меня рубашку и обтягивающие брюки с длинным корсетом, что ждало в гардеробе, а надел алое платье с открытой спиной, которое не предполагало ношения бюстгальтера.

Платье было потрясающим.

Оно облегало грудь и талию и свободно спускалось к ногам.

Бедный Даррен, как он только сдерживался!

Я чувствовала себя желанной женщиной.

Он подал руку и помог мне спуститься с кровати. Я встала в удобные туфли, и он снова прижал меня к себе, резко и безжалостно.

Даррен впился губами в мой рот, и я задрожала в его объятиях.

Он держал меня крепко, я обвила его шею, прижимаясь ещё сильнее. Мы были на грани срыва. Его руки трогали мою оголенную спину, вырисовывая там узоры.

Кажется, я простонала, а из Даррена вырвался рык.

Но нас прервал стук в дверь.

— Р-р-р. Какая же ты сладкая. Не могу дождаться вечера, — прорычал мой дракон.

Я улыбнулась.

Даррен усадил меня в удобное тёмное кресло у камина и распахнул дверь.

— Вот ещё! Буду я есть из миски на полу! Нашли тут кота! Я что, животное какое-то? — ворчал Соломон, трясь телом о мои ноги, пока служанка сервировала небольшой столик.

Даррен стоял рядом и ждал, когда нас оставят наедине.

Я слушала ворчание кота, ведь его оскорбили до глубины кошачьей души.

Затем женщина удалилась тихо прикрыв за собой дверь."

"— Стой! — воскликнула я, когда Даррен потянулся к еде.

— Что такое?

— А вдруг тут яд?

— Хм. Никто не рискнет отравить меня.

— А меня?

— Ты хочешь, чтобы я проверил пищу?

— Ага.

— Но на ком?

Наши взгляды встретились на Соломоне.

— Э-э-э, нет, ребятки. Я хочу жить, плодить мохнатиков. Я и мира-то не видел. Мне ещё жить и жить.

— Иди-ка ко мне, радость моя, — зловеще прошептала я.

— А-а-а-а-! — воскликнул Соломон.

Глава 24

— Ты же хотел со стола есть? — я взяла брыкающегося Соломона на руки. — Нюхай.

— А?

— Да, понюхай. Может, ты учуешь что-то подозрительное?

— А!

Через десять минут и несколько смешков генерала, кот вынес своё заключение.

— Не волнуйся, Ринка. Всё в порядке.

— Ну, отлично.

— Ну что он промяукал? — спросил генерал, но кажется итак знал ответ. Он вальяжно сидел в кресле, откинувшись на спинку и наблюдал за нами.

— Все отлично.

Затем я отложила для Соломона порцию еды, на которую он не просто мохнатым пальцем указывал, а целой лапой. После чего Даррен магией пододвинул мягкий синий пуф, и кот, как человек, усевшись на него, принялся есть.

Воздух был насыщен ароматами восхитительного ужина. Я оглядела свою тарелку: на ней красовалась аппетитная золотистая куриная грудка, украшенная свежими травами. Рядом были печеные овощи. Все было не только красиво, но и божественно вкусно.

Даррен наблюдал за мной, его глаза сверкали удовольствием. И что-то подсказывало мне, что не еда причиной этому.