— Ну им же придётся снова меня потерять. Они уже сейчас убиваются горем.

— Разберёмся! — кот спрыгнул на пол и потёрся о мои колени. Я убрала руки от лица и часто задышала. Плакать было бесполезно. А в моей ситуации уже даже подобные перспективы были подарком неба. — Подумаем, как из твоей подруженции вытрясти все.

— Кстати, я вспомнила, как меня держал Демид и вливал какое-то Оксанкино пойло. Она точно должна знать, что со мной стало.

— Вот и сосредоточься на этом. Не плачь, птичка моя. Вон какой у тебя крутой мужик. Думаешь, он захочет тебя терять, а?

— Я его истинная. Представь.

— О-о-о! Целый мужик и весь только твой? Оксанку жаба зеленая задушит.

— А ведь она получается со всеми моими мужчинами крутила. Мало Демида, так она, оказывается, была и с Дарреном.

— Я давно говорил тебе, что с ней нечего водиться. Мутная девица.

— Да, что уж теперь, — погладила Соломона, который подставил голову под руку. Он заурчал.

— Ну ты и тарахтишь.

— Я не виноват, оно само. Автоматически.

Я рассмеялась. А потом мой взгляд упал на сундук. Я подползла на коленях к нему и распахнула.

Там было прекрасное голубое платье и колье с сапфирами, которые мне так понравились.

— Это он Оксанке вез в подарок, — проворчала я.

— Ну что могу сказать. Щедрый мужик. Только с бабой ему не повезло.

— Это для неё было, — отчего-то снова повторила я.

— Да понял я. Закрывай сундук.

— Почему он не избавился от этого?

— Так только что прибыл в замок. Когда ему о тряпках помнить?

— Он мне это решил передарить? Колье дорогое. Не выбросит же? — я повернулась к коту."

"— Ну… не сумасшедший же он? Дарить жене то, что было куплено для любовницы.

— Не хочу проверять. Эта выдра водила всех нас за нос. Подсасывала дорогие подарки и крутила моими мужчинами как хотела. Еще и меня траванула.

Порылась на дне сундука и нашла там инкрустированный рубинами ножик.

— Ты что замышляешь? — осторожно спросил кот.

— Дизайнерский переворот.

И я вошла в кураж. Потому когда Даррен явился в комнату, он застал интересную картину.

Разорванное на лоскуты голубое платье и сапфиры, которые Соломон лениво гонял лапой по полу. И как изюминка на торте, я воткнула клинок в стену и повесила пустую оправу гарнитура туда.

— Мой трофей!

— Это был редкий перуанский шёлк, — усмехнулся генерал и облокотился плечом на дверной косяк. — И сапфиры редкой чистоты.

— Плевать!

— Я заказал его до того, как император приказал мне жениться.

— Извинения приняты, — качнула я головой и пнула ногой груду «лент».

Хриплый смех был мне ответом. А потом генерал сделал два шага вперёд и привлёк меня к себе.

— А ведь ты до сих пор не одета.

Глава 23

— Я была занята.

— О, я вижу. И несказанно этому рад, — он потянулся к узлу на моей груди. Я оттолкнула его руки. Даррен довольно щурился.