– Ну и день же выпал! Такую толпу переносить придется…

Счастливый от таких слов даже заулыбался. Ратилов понял почему – майор считал делом чести испугать курсантов. А в этом Александр активно ему помогал. И курсанты явно воспринимали намерение Базуки возобновить прыжки без радости, хотя только недавно высказывали свое расстройство тем, что их до прыжков не допустили.

Тем не менее вяло пошли за майором Базукой к лестнице.

* * *С каким настроением группа поднималась на крышу, Станислав, естественно, не знал, поскольку оставался внизу. Но подъем, как ему показалось, в этот раз был вдвое дольше, чем в первый.

Наверное, разбиться никто не торопился, и это было понятно.

В это время на строительную площадку въехал еще один микроавтобус. Надпись на борту говорила сама за себя – «Судебно-медицинская экспертиза». Погибшего курсанта неторопливо осмотрели, составили описание, после чего загрузили на носилки, покрытые куском грязного целлофана, и унесли в машину. Счастливый пошептался о чем-то с патологоанатомом, тот в ответ на вопросы майора пожал плечами, и машина уехала. И все это происходило как-то по-будничному.

– А когда за остальными вернутся? – обратился Александр к Счастливому.

– Они поехали в морге анатомические столы «забивать», чтобы на всех хватило, – невозмутимо ответил майор и посмотрел на крышу. – И что они там тянут?

«Тянули», видимо, по причинам неустойчивости нервной системы, что человеку вообще свойственно. Прыгнуть сейчас, после гибели Валеры, в несколько раз сложнее психологически, чем прыгнуть до этого. Однако Счастливый с Базукой добивались своего. И, пока следственный комитет при прокуратуре и сама прокуратура не вынесли решения на запрет прыжков, решили, видимо, усилить волевой нажим на курсантов.

Хотя наверняка теперь проверка страховочной экипировки будет намного тщательней, и в действительности после несчастного случая прыгать даже безопаснее, чем до него. Но перед прыжком на психику давит не способность размышлять адекватно ситуации, а эмоции. И победить в себе эти эмоции человеку сложно.

После первого прыжка все должно стать проще. Но ждать его пришлось долго. И сам Базука с крыши не выглядывал, чтобы поделиться информацией с нижним постом.

Наконец как-то суетливо и резко кто-то все-таки прыгнул. Станислав даже не стал скрывать вздоха облегчения, когда закачалась страховка и стало видно, как маятником гасится скорость падения. Прыжок был удачным, и Счастливый с двумя охранниками из «Тора» бросились помогать прыгуну удачно приземлиться.

– Лебедку… – скомандовал майор, и старший лейтенант, стоящий ближе других к пульту, сделал несколько кратковременных нажатий на кнопку со стрелкой, указывающей вниз.