Она забирает с пассажирского сиденья пакет и вцепляется в меня ледяными пальцами. Закрыв дверь, блокирую машину. Забираю пакет.

И такая она… хрупкая сейчас и ранимая… в своем этом воздушном платье… Качнувшись, делает шаг вперед, и я рефлекторно (хотя откуда, блять, у МЕНЯ могут возникнуть такие рефлексы?!) подхватываю ее за талию.

Но если реально рухнет, то это единственный безопасный способ транспортировать ее домой.

– Может, тебя в травмпункт? Пусть УЗИ сделают.

– Да все хорошо, честное слово!

Духи у нее свежие, мятные… Не те горьковатые, которые я чувствовал, когда она дерзила мне в кабинете.

И от этого запаха мозги мои пьяные отключает еще больше. Торможу еще один внезапный порыв – подхватить на руки.

Что за пиздец с этой женщиной? Да ее и близко к составу нельзя подпускать! Ваньке бошку слету оторвала. Да и я ничем не лучше. Осталось только поцеловать в подъезде!

Скептически закатываю на себя глаза, косясь при этом на ее губы, которые она без конца покусывает.

Красивые губы… Сглатываю ком в горле, поджимая свои.

Довожу ее до лифта.

Поворачиваю лицо, кровь стучит во все конечности от ее близости.

Она нервно заправляет волосы за ухо. Приглядываюсь. Вдоль уха тонкий шрам…

– Шрам у тебя, как от ножа, – хмурюсь я. – Что-то не примечал его раньше. Где так умудрилась?

– В детстве… – удрученно выдыхает она. – Окно разбилось… И вот… Нервно выправляет волосы обратно.

– А ты на службе совсем другая. Я бы и не узнал слету.

– Да. Наверное, – зажмуривается.

Явно не в себе! Прилично видимо приложилась.

Створки лифта открываются, выходит парень с собакой.

– Спасибо огромное, дальше я и правда сама, – сбегает она внутрь, вставая так, чтобы я не мог зайти в лифт.

 – Спасибо.

Удивленно приподнимаю бровь.

Створки лифта смыкаются, скрывая за собой ее встревоженное лицо.

Нормально ты девочка полковника бортанула! Но, может и к лучшему. Пьяным к ней точно приближаться не стоит! Нет… не возьму!

Глава 8

Подарок

(Иван)

Все разошлись. Мы с бабушкой пьем крепкий чай с травами…

– Ложись-ка ты, Иван, спать. А я посуду загружу в твою чудо-женщину.

– Ба… Это посудомоечная машина, – смеюсь я.

– Вот и я о том. Одни машины у вас.

Бабушка переживает, что мы все холостяки. Только вот Андрюха у нас отстрелялся и теперь у нее в любимчиках!

– Неправда, – вибрирую я от нетерпения пообщаться с Дилярой.

 – Я сегодня с девушкой познакомился.

– Хорошей?

– Ба, ну зачем мне хорошая? Они же скучные.

Скептически смотрит на меня.

– Плохая, что ли?

– Своеобразная… – пожимаю я плечами. – Дерзкая. Смелая.

– Ну… Это разве плохая? – машет рукой на меня бабушка. – Может, хоть приструнит тебя, обормота. А то навел срамоту! Голых девок надо не на стену вешать в твоем возрасте, внук. Тебе же не четырнадцать.