После слов мажора о том, что он на мне женится, его отец ничего не сказал, только просканировал нас взглядом и кивнул, после чего мы молча вышли из его кабинета и Халид привез меня домой.

– Пирожные не забудь, надеюсь, они не испортились, – игнорируя мой вопрос, говорит он, кивая на заднее сиденье.

– Какие, к черту, пирожные?! Ты хоть понимаешь, что происходит?! – верещу я, не веря, что можно оставаться таким спокойным.

– Иди домой, Ника. Я позвоню тебе вечером, – устало просит он, и я слушаюсь. Беру пакет с пирожными и поднимаюсь на свой этаж, молясь богу, чтобы мне хватило сил не расплакаться.

Нельзя показывать маме свое состояние!

* * *К моему облегчению, мама слишком занята Сашкой и тем, чтобы вместе с ним нагнать пропущенную школьную программу. Когда я возвращаюсь домой, они сидят за столом с разложенными на нем учебниками и тетрадями. У брата домашнее обучение, но вскоре он вернется в школу, что нас безмерно радует. Не говоря уже о том, как счастлив он оттого, что будет жить нормальной жизнью здорового ребенка."

"Боже мой! На меня снова накатывает истерика из-за новости о беременности и заявления Халида о женитьбе на мне! Этого всего слишком много, чтобы я могла сидеть дома с необходимостью скрывать от мамы свою нервозность.

Звоню подругам, чтобы встретиться с ними, но Мадина слишком занята мужем, а вот Рида с энтузиазмом откликается на мое предложение.

Утром от тошноты, которая, как я теперь знаю, не что иное, как токсикоз, хочется лечь и умереть. А вот вечером кажусь себе обычным человеком, ничего не говорит о том, что я ношу внутри ребенка! Это так странно, что я никак не могу принять и осознать свое новое положение…

С Ридой встречаемся в кафе, она бросается обниматься, будто мы сто лет не виделись.

– Насчет Мадины всё ясно, – объясняет она, поняв по моему виду, что я удивлена, – медовый месяц и всё такое. – Но, когда исчезает свободная от отношений подруга, это вызывает вопросы. И не говори, что была занята братом, они с мамой только недавно приехали!

– Прости-прости, Рид, – кидаюсь извиняться в ответ на справедливый упрек подруги. – У меня тут кое-что случилось…

– Да уж я поняла, – с обидой тянет она, – Мадина что-то знает, я же не тупица, заметила.

Но хранит твою тайну. Колись, Ника, чем ты так занята, что забыла лучшую подругу?

– Ох, это так сразу не расскажешь, – вздыхаю я, поглаживая кружку с ароматным чаем.

– А мы разве куда-то торопимся?

* * *– Что?! Беременна? – она аж с места вскакивает, ошарашенная моей новостью. – Но как это вышло? Ника! Вы что, не предохранялись? Господи, подожди, этого всего слишком много, – плюхается она на стул обратно, обхватывая покрасневшее лицо ладонями.