— За нас! — Звучит короткий тост от Ворона, и мы заливаем в глотки бухло. Оно обжигает горло и пищевод, медленно стекает жаром в желудок.

Зажмурившись от удовольствия, не спешу закусывать. Мы ж не жрать тут собрались.

Следующий тост от Мира такой же короткий. Мы снова пьем, градус настроения растет. Когда первые пара бутылок сменяются новыми, на кухне уже стоит нестройный мужской гогот, откровенный стёб друг над другом под воспоминания о недавних боевых действиях, которые мы развернули на территории города.

Отламываю зажаренную ногу от курицы. Жадно впиваюсь в нее зубами. Жирная, чуть островатая, с чесноком и какой-то пряной травой становится идеальной закуской под вискарь.

— Мужики, мне тут инфу интересную коллеги на днях подогнали, — расслабленно откинувшись на спинку стула, рассказывает Мирон. — Только это между нами. Вы ж в курсе, ФСБ, все дела, — он пьяно машет вилкой в воздухе.

— Вещай уже, — тоже принимаю более расслабленную позу и делаю ленивый глоток виски.

— Через нас будет проходить состав. В двух последних вагонах по накладным обычные новогодние игрушки, — друг делает интригующую паузу. Фил и Медведь ставят локти на стол, ожидая продолжения. Я вздыхаю и делаю еще глоток виски. Пока мне хочется только напиться.

— Мир, я сейчас тебе всеку, если ты нормально не расскажешь, — все же раздражаюсь я. — Как в сериале, блядь! Че за рекламная пауза?

Мир ржет и показывает мне средний палец. Пьет, закусывает оливье и решает продолжить:

— Наши этими вагонами очень сильно заинтересовались. Сейчас ищут официальный повод, чтобы их вскрыть.

— В ФСБ настолько маленькая зарплата, что игрушки для своих елок вы решили спиздить? — Издеваюсь я.

— ФСБ, Охотник… — По имени меня даже друзья не называют. Я запретил. — ФСБ интересуют замки на этих вагонах. Наши специалисты с такими еще не сталкивались. Что-то совсем новое и сложное. А теперь внимание, вопрос!

— Нахрена так закрывать обычные игрушки? — Хмурю брови.

— Именно! Состав решено задержать на сутки в нашем городе. Проверка документов, официальный рейд перед праздниками и все такое. Может нароют чего интересного, — пожимает плечами Мирон.

— Расскажи потом, чем дело кончится, — прошу друга, открывая очередную бутылку. — Только без трагичных пауз, умоляю.

— Обязательно. Давайте еще по одной, да я домой. Ждут меня, — довольно улыбается Мирон.

— Давайте, да я тоже поеду, — к нему присоединяется пьяненький Ворон.

У мужиков семьи теперь, их ждут. Мы выпиваем и идем провожать этих двоих. Остаемся втроем, свободные и ни разу не трезвые. Чем больше я заливаю в себя вискаря, тем все больше думаю об этом хреновом замке. Если новый, не вскроют они его, ко мне придут.