В СК собралась?

— Ну, собралась, и что?

— Сговорилась, значит, с Иркой, чтоб меня нагнуть? — его лицо приобретает наигранное выражение обиды.

— Вот нам делать-то больше нечего... — закатываю глаза, качая головой. — Стасик, мир не крутится вокруг тебя, даже если тебе этого очень хочется.

— Язва, — хмыкает он. — Как я без следствия?

— Ой, не прибедняйся, — снисходительно отмахиваюсь. — Придумаешь что-нибудь, как обычно. Да и я не одна у тебя в следствии.

— Ладно, против баб все равно не попрешь. Вот интересное дело. Раскрываешь до конца праздников — и вали на все четыре стороны, — добродушно тянет полковник и отдает мне картонную папку, словно это билет в один конец.

— А если нет? — прищуриваюсь, ощущая, что это предложение явно с подвохом.

— Значит, тебе, там делать нечего, и остаешься начальником следствия у меня, — его тон наполнен вызовом, и я лишь улыбаюсь, сверкая глазами.

— Думаешь так заставить меня остаться? — ухмыляюсь, наклонив голову. — Ты ведь знаешь, что я люблю побеждать…"

"— Думай, как хочешь, — Стас равнодушно пожимает плечами и будто теряет интерес к этой теме, но я четко улавливаю, что здесь что-то не так.

— А в чем подвох?

— Никакого подвоха, — его глаза чисты и невинны, как попка младенца. — Вот материалы. Свежак. — его взгляд скользит по папке, а потом снова по мне.

— Ла-адно, но я предупреждаю, если это какой-то развод…

— Никакого развода, — скалится Волков и залпом осушает свой бокал.

Открываю дело и мельком пробегаюсь по заявлению.

— Ты издеваешься? — мой голос вибрирует от возмущения. — Пьяные отморы обнесли кого-то. Тут и так все ясно. — фыркаю, пролистывая документы. — И ты реально думаешь, что мне не на что потратить время?

— Значит, проблем не будет? — Стас невозмутимо приподнимает бровь — Результат нужен как можно быстрее. Давят сверху.

— Я закрою это дело к утру, — захлопываю папку. — Готовь документы на перевод.

Стас кивает и как-то подозрительно усмехается.

— Конечно. Сразу, как вагоны найдешь.

Какие нахрен вагоны? Снова открываю дело и читаю внимательнее. Увели два вагона с железнодорожной станции. Это что шутка такая? Но Волков совершенно серьезен.

— И что в них?

— Новогодние игрушки, — невозмутимо улыбается, а я чувствую, как ловушка моя захлопывается. Все же годила в какую-то западню.

— Так, подожди... Ты хочешь сказать, что кто-то обнес вагоны с ёлочными игрушками? — начинаю понимать, что это не просто «обычное дело».

— Именно так. И кто-то за это получит премию, если вернет их вовремя.

— А если не вернет?

— Тогда Новый год для тебя тоже будет без гирлянд, но с очень длинным дежурством, — он усмехается, а я закатываю глаза.

— Станислав Михайлович, как же я обожаю ваши способы поднимать боевой дух, — говорю я с сарказмом. — Вот знаешь, как испортить праздник.