А вот снежным у меня имелось, что сказать.
— Не сомневаюсь, вы читали личное дело Илетты. Знаете, что она любит рискованные опыты и, когда увлекается, забывает обо всем, в том числе, о правилах и дисциплине. Ею трудно руководить, управлять — еще труднее. Наверное, поэтому вы ее в свою группу и не взяли, да? — произнесла тихо, ни на кого не глядя. — Эксперименты Летты всегда непредсказуемы. И тем не менее, ректор их не запрещает, да и добровольцев всегда достаточно. Знаете, почему? Нет? Она никогда не подвергает чужую жизнь риску, здоровье — да, но не жизнь. И у нее всегда есть противоядие и способ лечения.
Я помолчала, размышляя, стоит ли продолжать, но все-таки добавила:
— Кстати, она на себе самой тоже ставит эксперименты.
Легли мы далеко за полночь и так устали, что заснули, едва коснувшись головой подушки, а встать пришлось уже на рассвете. Пришли новости от даймов, дежуривших в комнате Террелла.
О дальнейших событиях я узнала от Дамиана. Позже, когда мы с ним снова встретились."
"Проснувшийся Террелл выглядел неплохо, если не считать необычного окраса. И вел себя вполне адекватно. Никаких настораживающих изменений в поведении, беспричинной тоски или агрессии, которая отличает привороженных в первые дни.
Сам хэссэ этого не ощущал и утверждал, что чувствует себя великолепно. Правда, переданное противоядие безропотно выпил и с удовольствием проследил, как исчезает с кожи и волос нездоровый зеленоватый оттенок.
— Разумеется, есть. И встретиться, и пообщаться, и задать вопросы, а главное, получить ответы. Особенно по поводу… гм… веселой расцветки. Но это наше внутреннее дело, сами разберемся. А чего вы удивляетесь? Адептка Агнас — член моей исследовательской группы, мы большую часть времени вместе проводим.
Целители даймов впали в уныние.

















Комментарии
Добавить комментарий