И только бездушная пустота во взгляде делала ее похожей на рабыню.

– Ты чего на стол забрался? – заорал охранник.

И неосторожно приблизившись ко мне, замахнулся пластиковой дубинкой. Но ударить не смог. Я кошкой напрыгнул на него, сбил с ног и взял на удушающий прием – пережал ему сонную артерию сразу с двух сторон. Хватило четырех секунд, чтобы парень потерял сознание. Возможно, он симулировал, но я не мог держать захват дольше. Не хватало еще, чтобы охранник заснул крепким сном. Сейчас он мне нужен был в качестве языка.

Скоро он придет в себя, а пока я должен был обменяться с ним одеждой.

– Что ты делаешь? – спросила Лидочка.

Она стояла у меня за спиной и смотрела, как я снимаю с парня камуфляжную куртку.

– Нам нужно бежать, – коротко сказал я.

– Ты в этом уверен?

В ее голосе чувствовался интерес, но вместе с тем ощущалось и сомнение.

– Абсолютно.

– Там везде охрана.

– Я знаю. Но у меня есть голова на плечах. Поверь, мы сможем обойти охрану.

– Может, и поверю.

Она замолчала, а я раздел охранника и сменил свою смрадную робу на относительно чистый камуфляж.

Жаль, у парня не было никакого другого оружия, кроме дубинки. Разумное решение, если учитывать, что кто-нибудь из рабов способен был на сопротивление. Разоружив одного охранника в жилой зоне, можно было открыть огонь по другим… И ведь нашелся такой раб, который решился на столь опасный и, пожалуй, ожидаемый шаг.

Дверь открывалась от себя, и я вставил в ручку дубинку, блокируя ее со стороны коридора. Сейчас мне нужна была хотя бы иллюзия безопасности.

Парень открыл глаза и в панике уставился на меня.

– Ты хоть понимаешь, что тебе за это будет? – спросил он.

С каждым словом децибелы в его голосе росли, и в конце фразы он фактически сорвался на крик. Пришлось двинуть ему кулаком в зубы, чтобы он заткнулся.

– Понимаю… В том-то и дело, что я умею понимать… И ты должен понимать, что я могу тебя убить.

– З-зачем? – испуганно спросил он, глянув на Лидочку, стоящую за моей спиной.

– Мне нужна свобода. И если я не получу ее, то сверну тебе шею… Показать, как это делается?..

– Не надо! Я знаю! – в состоянии нервного срыва резко мотнул головой охранник.

– Как мне выйти из лагеря?

– Ты не выйдешь, тебя не пустят… Даже меня отсюда не выпустят…

– Почему?

– Потому что мы – внутренняя охрана.

– А внешняя охрана – это вышки и автоматы?

– Да, еще и собаки…

– Этого только не хватало.

– Нет у тебя выхода, нет!

– Тогда извини!

Я схватил парня за шею, чтобы провести удушающий прием, который вполне мог закончиться переломом шейных позвонков.

– Не надо! Я скажу! – снова глянув на Лидочку, прохрипел он.

– Что ты скажешь? – спросил я, ослабив захват.