— Алка Ковск, — тут же ответила женщина.

— Её! — продолжал нависать надо мной громила.

— Дуняша, — не стала скрывать я, но тут же поправилась: — Евдокия Андреевна.

— М-м-м… — завис он.

Тут дверь в приёмную распахнулась, и на пороге появился тот самый бездушный, что уронил меня на площади. И после этого я к нему в очереди стою?

— Что за шум? — спросил он негромко, но в помещении будто грянул гром, и сверкнула молния. Стало тихо, даже бодибилдер как-то сдулся и будто стал меньше. — Мешаете работать.

— Прощения просим, умэ, — помялся господин Клуд и затравлено огляделся, явно жалея, что привлёк внимание градоначальника. — Эта женщина… Она…

— Что такое, Жарк? — мужчина неторопливо направился к нам.

В очереди все низко кланялись, когда он проходил мимо, громила тоже поклонился, — то ли, чтобы не отрываться от народа, то ли от страха.

— Мне показалось, что эта женщина похожа на разыскиваемую преступницу, — пролепетал он. — Наёмная убийца элея Ральвина.

— Тебе показалось? — остановившись напротив нас, умэ сузил глаза. — Или нам безумно повезло, что опасная преступница раскаялась и пришла сдаться властям?

Я заметила, что зрачок у него вытянутый, как у змеи, и по спине побежали мурашки. Захотелось перекреститься, но руку поднять не смогла — так сильно Алка вцепилась в неё. Я заметила, что моя генеративная соседка лицом стала подозрительно зелёная, будто предупреждала, что вот-вот грохнется в обморок. При виде её ужаса я разозлилась, отчего мой страх растаял.

Что бы не совершила в прошлом девушка, в теле которой я оказалась, отвечать за неё не намерена. Мне девочек кормить!

— Я уже сказала, что меня зовут Евдокия Андреевна, — твёрдо начала я. — Близкие зовут Дуняша. Никаких Мальвин я не знаю и прошу не называть меня преступницей. Я законопослушная пенсионерка!

Умэ оторвал взгляд от громилы, лицо которого то краснело, то становилось такого же нежно-зелёного оттенка, как у Алки, и посмотрел на меня. Как рентген, честное слово! Так и ждала, что кто-то сейчас скажет «не дышите».

Закончив сканирование моего тела, умэ выдал короткий, как выстрел, ответ:

— Идёмте.

И направился обратно к приёмной. Я оглянулась на соседку, но та ещё не отморозилась, поэтому пошла одна. Глупо упускать шанс пройти без очереди! Поспешила за умэ, который вошёл в светлый просторный кабинет, сел в кресло у большого окна, положил руки на стол и поднял взгляд.

Юноша закрыл за мной дверь, а показалось, что хлопнула крышка гроба.

— Дуняша, — задумчиво проговорил градоначальник.

У меня сердце зашлось так, что я охнула и плюхнулась на небольшой кожаный диванчик для посетителей. Прижав ладонь к груди, успокоила умэ:

— Не переживайте, скорая не потребуется. Это не сердечный приступ. Обычная тахикардия, сейчас пройдёт.