Хочу найти номер телефона там, хотя вряд ли он будет записан у нее на самом видном месте, но вдруг где-то есть? Не могу я просто так сидеть и ждать, когда она появится. Тем более что сборы послезавтра, а Оля к тому времени ещё не вернётся. И что мне? Месяц ждать? Не-не, такая перспектива меня не устраивает.

Поднимаю подушку, ухмыляясь себе под нос, снова вспоминая все, что тут было вчера вечером. Замечаю резинку, не раздумывая надеваю себе на запястье рядом с часами. Будет талисманом моим. И Оля как будто бы всегда рядом, хотя бы фантомно.

В кабинете ожидаемо ни черта не находится.

Какие-то бумажки исписаны всякой ерундой, а блокнот заполнен исключительно планом тренировок. Глупо было надеяться, что она оставит свой номер телефона на самом видном месте, но попытаться стоило.

Где его взять? У Палыча просить нет смысла, он не даст, может… Алёна! Точно! Наверняка они обменялись телефонами.

Бегу в медпункт, застаю картину, как Серёга выходит оттуда, хлопая дверью, и стремительно удаляется к выходу. Он умеет злиться? Вау.

— Тук-тук, — говорю, одновременно постукивая и открывая дверь. Алёнка сидит на кушетке, вся в слезах, и мне как девчонке сплетнице становится интересно, что произошло у них с нашим влюбленным Ромео, который уже полгода не может (или не мог?) признаться ей в чувствах.

— Ален, ты в порядке?

— Да-да, — она вскакивает и стирает слезы со щек, пытаясь улыбаться, — все хорошо. Что у тебя? Снова шея?

— Не, все в порядке слава богу. Ален… есть номер Оли нашей? Она уехала куда-то, а мне очень надо спросить у неё кое-что по тренировкам, — вру безбожно, но не хочется подставлять тренера и орать на каждом шагу, что мне срочно нужно узнать, куда она сбежала после нашего секса.

— Она запретила давать её номер кому-либо, и тебе, кстати, в первую очередь. Так что обратись к Виктору Павловичу.

— Ален… ну пожалуйста. Мне очень нужна именно она.

— Все вы так говорите, — шепчет со слезами снова, да что происходит?! — Я обещала ей, Антон.

— Я тебя не сдам, клянусь. Но мне очень надо, Алёнушка, миленькая, ну солнышко наше…

— Ой мягко стелешь ты, Ковалёв, — она улыбается наконец-то и достает телефон из кармана халата. Да! — Записывай, черт с тобой, мне она все равно уже ничего не сделает…

★★★

Абонент не абонент.

И сообщения не доставлены. Звоню и пишу ей до глубокой ночи, но телефон выключен, достучаться невозможно.

Следующим утром картина не меняется, и в комплексе её по-прежнему нет. Я не понимаю, что за херня происходит, и меня дико бесит, что до отъезда на сборы мы даже никак не поговорим… И что делать?!

Глава 16. Оля

Домываю вторую тарелку, а руки дрожат так, как будто таскала тяжеленные мешки. Второй день не могу избавиться от какого-то странного ощущения, которое почти душит меня своими лапами, не давая спокойно жить.