– И дался тебе этот Дубов… Что ты с этого поимеешь? Давай лучше с нами дела мутить… Сейчас Гошу закроют, на него Горохов дело шьет, нужно будет катран раскручивать. Сам понимаешь, что из органов тебя сейчас попрут. Если не посадят, то ты нам пригодишься. Хватка у тебя, что надо. Я могу с Сафоновым переговорить на счет тебя.

– Нет, Рома, я не гнида, как ты, я их, наоборот, ловлю. И буду ловить…

– Ну-ну, – ухмыльнулся Радченко. – Посмотрим, как ты запоешь, когда тебя закроют свои же…

– А мне не впервой…

– В каком смысле, не впервой? Тебе сколько лет-то? – капитан удивленно на меня вытаращился.

– А это тебя не касается. Разговор окончен. Свободен.

– Довези хоть до дома…

– Обойдешься. И к Свете больше не приближайся даже на пушечный выстрел. Иначе в окно тебя выкину. Вот в это…

***

Три длинных, два коротких стука в дверь. Медведева нет дома. Я один. Побрел к двери, стараясь не шуметь. Прислушался. Условный стук повторился. Значит, мне не показалось. Отщелкнул замок.

Дверь спешно распахнулась и впустила внутрь Погодина:

– Андрюха, что не открываешь? Я думал, случилось чего…

– Проверял, точно ли ты. А что может случиться? Никто не знает, что я здесь. Если за мной придут, то, значит, это ты меня сдал. А в тебе я уверен. Что нового?

– Совсем плохи дела. Из области приданные силы пригнали тебя искать. Город обложили. Ориентировки развесили с твоей фоткой на вокзалах."

"– Блин… Только бы до Сони и до родителей не дошло. Они думают, что я в Москве. Хотя, уверен, их уже оперативники навестили… Свяжись с моими родными. Успокой их. Скажи, что, мол, я внедрен в преступную среду. Дескать, для поддержания легенды меня даже в розыск объявили, а на самом-то деле не тронут.. Вроде как, по плану служба идет.

– Отец твой не поверит. Он журналист тертый. Жизнь знает.

– Не поверит, но вид сделает, чтобы мать не бередить. Хотя Соня тоже может не поверить. Не такая уж она и глупая, как кажется. Но ты постарайся. Все от тебя зависит.

– Это я сделаю. Сегодня же с ними свяжусь. Ты лучше скажи, что делать дальше будем?

– С Гороховым мне надо встретиться. Есть у меня новые мыслишки по поводу убийства Дубова.

– Да хрен с этим Дубовым. Ты лучше о себе позаботься!

– Одно связано с другим, Федь.

Погодин внимательно на меня посмотрел, как будто тщательно подбирая слова или не желая сказать лишнего:

– Ты хочешь, чтобы я Никите Егоровичу адрес твой сказал?

– Нет. Передай ему, что буду ждать его завтра в центральном парке на лавочке возле памятника Гагарину, в двенадцать дня.

– Но там же народу полно…

– Вот именно, там точно меня искать никто не будет, а наряды ППС заступают позже. Приданные силы с ними ходят?

– Ага, а оперативники в свободном полете.