Какое право ты имела распоряжаться нашими судьбами? Какое? — Смахиваю слезы, которые со вчерашнего дня держала внутри.

Голова плывет, ноги почти не держат. Такое чувство, что я сейчас опять окажусь на полу.

— Альберт знает?

— Только я, Снежана и теперь ты. Я очень надеюсь на твое благоразумие, Даша. Ты сейчас успокоишься, взвесишь все за и против, поймешь, что я правильно поступила, и полетишь домой. Не нужно тебе родство с человеком, который, возможно, связан с криминалом. Подумай о ребенке! Ты почти не знаешь Дамианиса. Что, если Зен отберет у тебя Эмиля и не захочет ни в чем разбираться?

— Может, и заберет, я не знаю.

Но все равно ты не имела никакого права вмешиваться в эту ситуацию! — повторяю, плача. — Я просто не понимаю, как ты могла…

— Даша…

— Пакуй вещи и улетай вместе с детьми. Дальше я сама. Ни на шаг ко мне и моему сыну не приближайся, благодетельница! Поняла?

— Ты совершаешь глупость…

— Глупость? — хмыкаю я. — Их и так было достаточно.

Нетвердой походкой иду к двери. Возвращаться в номер нет желания, но и стоять на ногах не хватает сил.

Я спускаюсь в фойе и плетусь в ресторан.

Заказываю кофе и плачу. Навзрыд. Это все, чего сейчас хочется. Не успокаивает больше ни одна мысль. В душе снова руины.

Не знаю, сколько времени я провожу за столиком. Уже думаю попросить счет, когда слышу над собой знакомый голос:

— Выглядишь неважно.

Кожа непроизвольно покрывается мурашками, когда поднимаю голову и вижу Зена. Наши глаза встречаются.

— Со мной все в порядке.

Я встаю, собираясь уйти, но Дамианис останавливает, взяв за локоть.

— Так понимаю, слезы ты льешь, потому что я якобы опять разрушил твою жизнь?

Сердце взрывается дикими ударами, они оглушают, вызывая приступ головокружения.

— Тебе показалось. — Из-за растущей тревоги голос хрипнет.

— Если ты готова спокойно поговорить, то сейчас для этого самое лучшее время. — Зен говорит немного гневно, будто ему неприятно первым делать шаги мне навстречу. — Год назад возможности объясниться лично у меня не было. Теперь есть.

— Не стоит…

Но Дамианис будто не слышит. Он жестом подзывает официанта к столику. Затем кивает мне, чтобы села обратно, и, лишь когда я опускаюсь на стул, располагается напротив.

В груди ноет, не уверена, что осилю этот разговор. А с другой стороны, может, вот он, шанс сказать Зену все как есть? Хотя так много пугающей и острой правды вокруг нас... Что если Дамианис и впрямь захочет меня наказать и заберет Эмиля себе? Но это уж вряд ли! Никому не отдам своего мальчика!

12 глава

Зен не торопится начинать разговор. С непроницаемым лицом рассматривает меня, будто я один из его деловых партнеров и между нами ничего никогда не было.