Он достал из брезентового чехла на поясе убитого второй, полный барабан, бросил его в коляску, прыгнул на сиденье и, резко тронув мотоцикл с места, погнал его в сторону окраины… к шахте 16-бис.

Белецкого вытащили из машины возле третьего террикона и поставили перед невысоким плечистым молодым мужчиной в кожаной куртке и немецкой мягкой фуражке. Павел Архипович сразу узнал его. Это тот самый человек из леса, который приходил к нему с помощниками и требовал схемы и чертежи. И он угрожал расправой над дочерью. Через два дня после их последнего визита Таня и пропала. Все такие же злые глаза, все такой же брезгливо искривленный рот. И нервная рука лежит на черной кобуре на поясе.

— И зачем вы его привезли? — спросил мужчина водителя и второго, с кем Белецкий разговаривал в машине. — Что случилось?

Белецкий смотрел, как к подъемнику какие-то люди быстро носят ящики и коробки. Так это же взрывчатка, детонаторы и большие мотки бикфордова шнура! Он хорошо понял смысл происходящего. Бандеровцы продолжали готовить взрыв 5-го штрека. Наверное, прямо сейчас и взорвут, ведь в городе слышна стрельба, там наверняка идет бой, и скоро бандитов выбьют отсюда, но они успеют сделать страшное! Белецкий снова сосредоточился на лице командира бандеровцев, которому докладывал про главного инженера шахты.

— Мы были не уверены, может, снял НКВД наблюдение за его квартирой, а может, оставили. Мы выждали, пока он отойдет далеко от своего дома, а потом неожиданно машиной подобрали его. Он так обрадовался, что все нам и выложил.

— Любопытно как, — усмехнулся главарь. — И что он вам рассказал такого интересного?

— Говорит, НКВД вовсю следит за шахтой и не даст ее взорвать. А он летел предупредить, даже нас просил позвонить. И еще, Вадим Сергеевич. Сюрприз есть небольшой. Инженер сболтнул, что тот самый Ивлиев, которого мы в лесу допрашивали, оказывается, из НКВД. Старик велел звонить и спросить в НКВД именно Ивлиева. Мол, тот в курсе и поможет отбить шахту. Вот так-то.

— Я никогда ему не верил! — стиснув зубы, процедил Коломиец. — Это все Тарас у нас в интеллектуалов играет. А я бы раскаленный шомпол ему засунул в одно место, он бы быстро все о себе рассказал.

— А с Белецким-то что делать?

— А господина главного инженера, извините, Павел Архипович, товарища главного инженера, нельзя отпускать. Он ведь теперь все расскажет. Ведь так? Ивлиеву расскажет лично. Нет, дорогой товарищ Белецкий, вы пойдете с нами под землю. В родную шахту, без которой вы, как говорят, жить не можете.

Железная решетчатая дверь подъемника, жадно ощерившись, ждала людей. Никогда еще Белецкий не видел двери подъемника в таком зловещем образе. Он потряс головой, отгоняя ненужные мысли. Он понимал, что его спустят под землю и убьют, ведь он опасный свидетель.