А раз все обо всем узнают, так почему бы не заручиться их поддержкой, а заодно не пробить кто нам друг, а кто враг.

— Ну и чего гогочем? — сурово поинтересовалась я. — Имею право самой решать от кого и как мне детей рожать, а на яйцах своих, любезный, — я зыркнула на Шо Му, — сами сидите как-нибудь без меня.

Теперь ржали все и даже этот «иншенер» чешуйчатый.

— А я и не предлагал, шеншина, тебе на моих яйцах шидеть, — сквозь смех отшутился он. И только сейчас до меня дошло, как неоднозначно прозвучало мое последнее заявление.

— Ну, вот и ладненько, — примерительно отозвалась я.

 — Ну и у кого какие предложения по поводу защиты?

Все смолкли. Но тишина продлилась недолго. Из своей платформы вылез жирнючий крахх. Его узкие заплывшие свиные глазки пробежались по нашим персонам, после чего он заявил:

— Вы издохните здесь вместе со своим аррафатом. Победа будет моей! — самоуверенно похвастал он. Столько наглости в его роже.

— Так, смертников не слушаем, — отмахнулась я от жабы, — у кого-нибудь есть еще предложения?

— Нужно вынуть каждый пятый синий кристалл по четырем углам, после этого вмонтировать их у нас.

Поля защиты войдут в резонанс. При первой же атаке аррафат выбьет защиту внешнего контура. Кроме того, клетка аруха тоже падет. А дальше ахунтам останется только испустить дух. Тут всего два выхода и такая толпа просто не успеет выбраться.

В удивлении я глянула в сторону говорившего. За спиной высоченного харака стоял довольно подкаченный монстрик ранее мною не виданный. Ничего человеческого в нем не было. Даже признаться сравнить было не с чем. Хотя очень отдалено можно было обнаружить сходство со львом. Только у этого «кошачьего» были очень тонкие шестипалые ладони с четырьмя суставами.

Вообще, его руки сразу бросались в глаза. На фоне мускулистого покрытого светло коричневой шерстью торса и ног, напоминающих две толстые колоны, руки казались нелепо тонкими.

— Откуда вы это шнаете? — задал резонный вопрос кто-то из змеек. Признаться, рассматривая представителя новой для меня расы, я не шибко обращала внимание на остальных. «Лев» потер пальчиками гриву и выдал:

— Я эту защиту делал с напарником. Нас наняли для работ якобы в тюрьме, а привезли сюда. Контракт мы заключать не стали, без него же выгоднее, не нужно правительству десятину отстегивать.

Вот и поплатились за жадность.

«Лева» сокрушенно покачал головой.

— Напарник в реке утонул, а я выбрался. Вы это, — он вопросительно исподлобья уставился на ад Коинфара, — если помогу, замолвите за меня словечко, я же вижу, вы военный. Я много на вашего брата работал, а тут решил куш сорвать, плату хорошую обещали, вот и повелся.

— Не мы вас сюда заманивали, — просто ответил харак, — не нам с вами разбираться. Уедете себе спокойно домой.