Пышные губы, острые скулы и идеально очерченная линия подбородка.

– Нравится? – она усмехается. – Мне тоже нравится. Могу поделиться контактами, если надумаешь что-то сделать с этим.

Она пренебрежительно указывает на мое лицо и падает на соседний стул. Именно падает. Бретелька платья спадает и демонстрирует, что на ней нет нижнего белья.

– Он сейчас придет, – говорит Ксюша следом.

Она упирается локтем в каменную столешницу стола и утыкается подбородком в свою ладонь. Я пытаюсь поймать ее взгляд, но Ксюша смотрит куда-то сквозь меня. Ее глаза затягивает дымкой, она то ли немного выпила, то ли еще что-то. И она фальшиво улыбается, ведь если сквозь дымку и можно различить хоть какую-то эмоцию, так это тоску.

– Ты вообще не изменилась, – произносит Ксюша после паузы. – Как будто только вчера виделись в Москве… Только вид у тебя шокированный. Не ожидала встретиться со мной?

– Не при таких обстоятельствах.

– Занятно. А я была уверена, что мы рано или поздно столкнемся.

Она лениво поправляет бретельку платья.

– Значит ты с Максимом, – с ее губ слетает недовольный выдох. – Поздравляю. И как он сейчас? Боли еще мучают или стало лучше?

Она меняется на глазах, когда заводит разговор о Максиме. Напоминает дикую кошку, которая может и расцарапать до крови.

– Я не знаю, как было, чтобы сравнивать.

– А он не рассказывал? – в ее зрачках вспыхивают искорки превосходства. – Какая жалость. Я бы на твоем месте задумалась, доверяет ли он тебе вообще.

– А тебе он доверял? – я огрызаюсь. – Поэтому ты теперь при его отце?

Ксюша лишь фыркает. Она откидывается на спинку стула и закидывает нога на ногу.

– Я слишком бедна, чтобы давать клятвы верности, – она усмехается. – Приходится крутиться…

– Боже, Ксюша, что ты несешь? Ты же не была такой. Ты была совсем другой, когда мы начали дружить.

Ее как подменили, когда появился Максим. Да, она всегда была резковатой и нахрапистой, не скрывала, что хочет найти себе успешного парня, но это не выходило за рамки. А знакомство с Максимом как будто сорвало замок с ящика Пандоры. И в этом ящике оказалось столько лютой зависти и жажды роскошной беспечной жизни, что Ксюша перестала быть собой. Она даже внешне другая, из-за чего я тоже чувствую укол тоски. Я скучаю по своей подруге из прошлых дней, когда мы могли болтать о глупостях в кафешке и когда она искренне радовалась, закончив очередной курс бровиста.

Куда это ушло?

И ради чего?

Неужели, жизнь модельной красотки рядом с успешным мужиком того стоит?

– Тебе легко говорить, – отвечает Ксюша. – Осуждать. Тебе не пришлось ничего делать, ты палец о палец не ударила! Все само приплыло тебе в ручки. Ты везучая стерва, Ариша! Так что не читай мне нотаций.

Она злобно улыбается, кладя ладонь на спинку стула.