Иначе…

На пределе он.

Поэтому надо уносить себя в безопасное место.

Срочно.

Водку он, кстати, тоже прихватил.

Сауну он протапливал с утра. Как знал, что понадобится.

Он парился, потом сидел, тупо смотрел ящик. Иногда переводил взгляд на водку. Стакан он всё-таки выпил, больше не захотел. Вот как так? Собираешься нажраться в хлам, чтобы ничего не чувствовать и ни о ком не думать, наконец, представляется такая возможность и от горькой воротит? Савелий прикрыл глаза, повалившись на диван. Может, прямо здесь уснуть? А что, диван вполне удобный. Мужчина и не в таких условиях спал.

Сна тоже не было.

Зато мыслей хоть отбавляй.

Чтобы от них избавиться, Савелий пошел в парную на второй заход. Пар расслабит тело и мозг. Так, по крайней мере, работало ранее.

Но не в этот раз.

Он не знал, сколько времени провел в сауне. В какой-то момент ему всё надоело. Обмотав бедра полотенцем, Савелий направился в дом. Завалится на мягкую кровать и проспит до утра. Метель вроде бы успокоилась, значит, есть шанс, что они выберутся из снежного плена и вернутся к обычной жизни.

А дальше… посмотрит он, что и как.

С любой другой девочкой он бы мечтал о том, чтобы и оставшиеся дни выходных провести тут.

Продуктов хватит, вина тоже. Валялись бы, занимались сексом, смотрели фильмы. Гуляли. Можно было организовать посиделки у костровой чаши.

Да можно много что придумать, было бы желание!

Статуэточка же… Не знал он, что дальше с ней делать, вот хоть тресните!

Мартыненко впервые столкнулся с тем, чтобы девушка настолько была желанна. И недоступна.

Он её табуировал. Хватил. Понятно же, что он ей неприятен. И терпит она его только потому, что другого варианта у нее нет. Стоило вспомнить, как горели глаза Риты, когда она общалась у Ясиных.

Совершенно другой человек. А с ним или скованна, говорит через зубы, или язвит.

На душе было противно и гадко. Нихрена сауна не помогла. Как, впрочем, и водка. Савелий зашел в дом и сразу на кухню – где-то у него завалялся квас. Он точно помнил. Если, конечно, почти что малолетние паразиты его не выдули под пиво, чтобы градус усилить.

Квас он нашел в кладовке. Стоял, родимый, в упаковке, его ждал. Вот и правильно. Вот и славно. Достав одну полуторку, Савелий сразу же отвинтил крышку и как было, из горла, принялся пить, не обращая внимание, как коричневая жидкость стекает изо рта по подбородку и груди.

Хорошо-о-о…

Почти.

Чужой взгляд Савелий почувствовал почти сразу. Спасибо многолетней практике.

Он медленно обернулся и увидел, что в дверном проеме кладовой стоит Рита. Немного заспанная, но при этом в той же одежде, что и была. Значит, уснула на диване, в спальню не поднималась.

И такая она сонная. Такая красивая. Нежная. Без косметики. С этой забавной россыпью веснушек по лицу.

И чувство такое… Ошарашивающее.