почувствовала, что хотя Рене держит ее, все его внимание обращено на блондинку. Она перестала вырываться и, не желая выглядеть виноватой еще и в глазах своего господина, тихо прошептала:

— То, что она говорит — неправда. Все — неправда. Я клянусь вам. Клянусь.

Сэр Стивен, даже не взглянув на Жаклин, знаком попросил Рене отпустить ее, и так же молча велел ей следовать за ним. Но едва она успела закрыть за собой дверь гостиной, как оказалась прижатой к стене и почувствовала, как губы и руки сэра Стивена начали страстно ласкать ее. Он хватал ее за грудь, сильно сжимая соски, засовывал в нее пальцы, целовал ее рот, приоткрывая его языком. Она застонала от счастья и наслаждения. Ей казалось, еще немного, и она истечет вся под его рукой. Хватит ли у нее смелости когда-нибудь сказать ему, что нет большего наслаждения для нее, чем она испытывает, когда он с такой свободой и откровенностью использует ее, когда он может, не обращая ни на что внимания делать с ней все что угодно, и нет для него никаких запретов. Уверенность в том, что он всегда думает только о себе, прислушивается только к своим желаниям, — жестоко порол ли он ее или нежно ласкал, — вызывала у О. такой восторг, что каждый раз, получая тому новые доказательства, сладострастный трепет охватывал ее, и она задыхалась от дикого ощущения счастья. Вжатая в стену, закрыв глаза, перекошенным страстью ртом, она шептала:

— Я люблю вас, я люблю вас… люблю…

Руки сэра Стивена воспламеняли ее все больше и больше. Перед глазами у нее поплыло. Ноги немели и отказывались держать ее. Она проваливалась в сладостное небытие. Но тут, наконец, сэр Стивен отпустил ее, поправил на ее влажных бедрах юбку и застегнул болеро на ее набухшей груди.

— Пойдем, — сказал он. — Ты мне нужна.

О. открыла глаза и поняла, что кроме них двоих в комнате был кто-то еще. В эту комнату можно было попасть и из сада, через широкую, в половину стены, стеклянную дверь. Сейчас она была приоткрыта, и на расположенной за нею небольшой террасе, в плетеном ивовом кресле, с сигаретой во рту, сидел огромного роста мужчина. У него был абсолютно голый череп и колоссальных размеров вываливающийся из брюк живот. Он какое-то время с интересом рассматривал О., потом выбрался из кресла и подошел к сэру Стивену. Англичанин подвел к нему О., и она заметила, что у мужчины из жилетного кармана, там где обычно носят часы, свисает цепочка, на конце которой был закреплен блестящий диск, с нарисованной на нем эмблемой замка Руаси. Сэр Стивен представил гостя, назвав его «Командором», не называя при этом имени, и гигант очень галантно поцеловал ее руку. Чем О. была приятно удивлена, поскольку это было впервые, если не считать сэра Стивена, когда кто-либо из имевших отношение к Руаси мужчин поцеловал ей руку.